Всемирный банк опубликовал доклад под громким названием «Риск стагфляции возрастает на фоне резкого замедления роста». Если вкратце, то к середине 2022 года банкиры ожидают пика инфляции, после которого упадут темпы роста цен. Но вместе с тем они видят риск стагфляции — «как это было в 1970-х». Как это было в 1970-х, мы, понятное дело, подзабыли, так что давай попробуем освежить в памяти.

Всемирный банк опасается стагфляции как в 1970-х: что это такое и как оно было
Франкфуртский блошиный рынок, Германия

Что опять началось-то?

С начала весны экономисты то и дело дают свои прогнозы о том, как будет вести себя экономика в ближайшее время. То предвещают закат доллара, а то говорят, что и крах евро не за горами. На этот раз эксперты Всемирного банка выкатили подробный отчет, суть которого одним предложением описали как «ситуация ведет к росту инфляции и ужесточению финансовых условий». Это мы с тобой могли бы и без всяких специалистов предвидеть, но внутри исследования есть некоторые любопытные подробности.

Например, экономисты ожидают, что «инфляция достигнет пика примерно в середине 2022 года, а затем будет постепенно снижаться по мере замедления глобального роста, смещения спроса от товаров в сторону услуг, налаживания цепочек поставок и снижения цен на сырьевые товары, в том числе на энергетику». А припомнив ущерб от пандемии коронавируса, от которого еще не успели оправиться, экономисты предвещают «риск стагфляции с потенциально пагубными последствиями как для стран со средним, так и с низким уровнем дохода».

Прогноз роста мирового ВВП (в 2021 году он составлял 5,7%) на 2022 год Всемирный банк понизил с 4,1% в январе до 2,9%, а на 2023-й — с 3,2% до 3%. В результате ущерба от пандемии и ситуации на Украине, считают экономисты, уровень дохода на душу населения в развивающихся странах в этом году будет почти на 5% ниже допандемического.

Что такое стагфляция?

Для начала немного филологии: стагфляция — это симбиоз слов «стагнация» и «инфляция». Теперь посмотрим на этот термин с точки зрения экономики.

Стагфляцией называют ситуацию, когда одновременно сочетаются депрессивное состояние экономики (собственно стагнация) и высокие темпы роста цен (инфляция). И все это — на фоне высокого уровня безработицы.

К слову, до семидесятых экономисты считали, что такое явление возможно только в теории, но во время кризиса 50-летней давности увидели, как оно на самом деле: в середине 1970-х инфляция в США превышала 9%, а безработица составляла 8%, в начале 1980-х и того хлеще: инфляция больше 12% против безработицы около 7%.

Почему снова заговорили о стагфляции?

Ситуация, которую наблюдают экономисты сегодня, напоминает им семидесятые по трем ключевым моментам:

  • страны с развитой экономикой еще не успели оклематься от коронавирусного кризиса, как встретились с новыми вызовами, которые подпитывают инфляцию;

  • страны с формирующимся рынком и развивающиеся страны сталкиваются с перспективами ослабления роста, появляется всё больше факторов уязвимости;

  • ужесточение денежно-кредитной политики.

Но есть и параметры, по которым сегодняшняя ситуация отличается от той, что была полвека тому:

  • доллар силен, что резко контрастирует с его сильной слабостью в 1970-х годах;

  • процентное увеличение цен на товары меньше;

  • балансы основных финансовых учреждений в целом сильны;

  • у центральных банков в странах с развитой экономикой и во многих развивающихся странах теперь есть четкие полномочия по обеспечению ценовой стабильности.

Во весь голос заявлять о стагфляции экономисты не торопятся хотя бы потому, что, как минимум, и инфляция, и безработица пока еще уступают пиковым уровням кризиса прошлого. Тем не менее, если ситуация семидесятых повторится, это может привести к резкому глобальному спаду.

Как бороться со стагфляцией? 

Исследователи считают, что прошлый опыт борьбы со стагфляцией в целом поможет предотвратить такое развитие событий. Но банковский инструментарий всё еще несовершенен: пока центробанки пытаются справиться с одной проблемой (например, с высокой инфляцией или с низким экономическим ростом), другая только усугубляется. Стимулирование спроса и потребления только подталкивают инфляцию вверх. И наоборот, повышение процентных ставок для снижения инфляции наносит ущерб экономическому росту, так как тормозит кредитование и инвестиции.

Что дальше?

В марте 2022 года экономисты говорили, что худший сценарий развития событий — прекращение поставок российских энергоносителей в Европу (главный экономист Goldman Sachs Ян Хатциус говорил, что это вызовет рецессию в еврозоне). И он начинает сбываться — достаточно заглянуть в шестой пакет санкций против России.

В группе компаний «Финам» считают, что сильнее всего стагфляция ударит по Европе: она больше чем США зависит от импортных энергоресурсов.

Экономисты раньше рассчитали два альтернативных сценария: неблагоприятный и экстремальный. При неблагоприятном развитии событий темпы роста экономики ЕС могут снизиться до 2,3%. Экстремальный сценарий предполагает инфляцию 7,1% по итогам текущего года. Исследование Всемирного банка показывает, что неблагоприятный сценарий всё-таки ближе к правде. Ожидается, что в 2023 году темпы роста снизятся до 2,2%.

Но ситуация в экономике меняется стремительно, и следующие пакеты санкций могут заставить экспертов не раз пересмотреть свои прогнозы. Так что, похоже, единственное, в чем ты можешь быть уверен, так это в нашем действительно полезном обзоре про 8 вещей, которые ни в коем случае нельзя совать в рот.

В статье использованы материалы worldbank.org, ria.ru, finam.ru, ft.com, tass.ru.

Фото: Mariano Garcia / Alamy