Киндер, окстись! Краткая история малолетних проповедников, обличителей и пророков

Маленькая шведская девочка Грета Тунберг, страшно отругавшая плохих дядек в ООН, не получила Нобелевскую премию. Но в качестве утешительного приза мы дарим ей эту статью.

Мы ничего не будем писать тут о глобальном потеплении и о нашем взгляде на это явление. Мы и так столько уже про него написали, что «Гринпис» теперь с нами не здоровается. И не так уж важно, по какому поводу шведский подросток Грета Тунберг приехала в ООН обвинять президентов и капиталистов в том, что они украли ее детство. Важно, что Грета очень плохо разбирается в том, что говорила.

Ей пятнадцать лет, она далеко не вундеркинд; следовательно, ее представления о биологии, геологии, физике, истории, климатологии и палеологии по определению очень невелики. Девочку напугали в школе рассказами о том, как под белыми медведями тают льдины, она прочитала несколько книжек и посмотрела несколько фильмов о том, как человек губит планету, научилась видеть углекислый газ невооруженным глазом* и ринулась вещать истину в ООН. Не то чтобы сама, конечно, ринулась: напуганного ребенка доставили туда взрослые, любящие такие шоу.

Примечание  бородавочника  по имени Phacochoerus Фунтик:

Если бы в мире правили разум и скептицизм, то, конечно, никакой Греты в ООН не оказалось бы. Вот какой-нибудь академик — пожалуйста. Мыслитель мирового масштаба или специалист, посвятивший жизнь обсуждаемой проблеме, — можно. Даже политик, заряженный под завязку экспертными мнениями, с толпой советников на подхвате, тоже сойдет. А школьница — нет, исключено.

Но разум и скептицизм уныло бродят по задворкам нашей реальности, особо не надеясь пробиться на большую сцену. Все дело, во-первых, в том, что человек по-прежнему слишком верит в чудо. Чудо эффектно и неопровержимо свидетельствует о том, что в дело замешан некий высший разум, который на то и высший, чтобы не пропускать его рекомендации мимо ушей. Можно восторгаться мудростью какого-нибудь седобородого философа, а если с тобой вдруг заговорит, например, твой собственный башмак, ты отнесешься к мнению башмака с куда большим доверием просто потому, что это башмак. Башмаки не говорят, но уж если башмак с тобой заговорил, или куст горящий, или ослица, или младенец — пади ниц и внимай.

И не стоит сбрасывать со счетов второе обстоятельство. У младенцев (в широком смысле слова) вообще особые права на сакральное знание. Даже больше, чем у юродивых. Дети слишком недавно пришли «оттуда», куда мы все только направляемся, поэтому они пропахли высшей мудростью небытия и не успели еще изгваздаться грязью мира. Не очерствели душой, не утратили своей ангельской сущности и святой наивности.

Поэтому, если дитя вдруг начинает вещать на недетские темы, — это верный признак присутствия высших сил. Если ребенок открывает рот, чтобы сообщить, будто это большой страшный тролль прокрался из леса и слопал горшок варенья, ребенка надлежит выдрать. Но если дитя отверзнет уста, чтобы поведать нам о скором конце света или о том, что эта тетя безнравственная и ее надо на костре сжечь, то к этому сообщению нужно отнестись со всем вниманием.

Ибо устами младенца глаголет истина (если, конечно, речь не идет про варенье). Как говорится в Евангелии от Матфея, «Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам» и «из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу».

И до Греты история кишела малолетними проповедниками, обличителями и пророками. Вот, например, некоторые самые известные из них.


Святой Вит

Жития святых обильно населены малолетними мучениками и проповедниками — всеми этими младенцами Кириками и юницами Акилинами, гордо претерпевающими пытки и продолжающими обличать гонителей веры прямо из печей и котлов. Некоторых особенно упорных младенцев не останавливало даже обезглавливание: их головки продолжали проповедовать.

К сожалению, историческая реальность каждого из этих младенцев находится под большим вопросом, поэтому просто упомянем их из вежливости. Взяв для примера, скажем, святого Вита (да-да, это в честь него названа «пляска святого Вита» — болезнь, которую нынче принято именовать хореей).

В 303 году Вит, которому тогда было семь лет, начал исцелять людей, даже вылечил родственника тогдашнего императора Диоклетиана. Помимо лечения Вит еще занимался проповедями и призывал к покаянию язычников. Императору это не понравилось, и он приказал бросить Вита львам. Львы Вита есть не стали, тогда мальчика сварили в кипящем масле. Это помогло лишь отчасти, так как и после перехода в лучший мир юный святой продолжал появляться перед публикой и лечить некоторые болезни, например ту самую хорею.


Пастушок Стефан из Клуа

Современная история довольно скептически относится к сведениям из житий, особенно когда речь заходит о размахе мученичества христиан и злодействах язычников. Записи о казнях христиан, конечно, имеются, но обычно казнили лидеров общин, прочих политически важных фигур и оппозиционеров действующей власти. Но даже жен казненных обычно отправляли в ссылку, не говоря уж о детях и младенцах.

А вот в XIII веке никаких сомнений жития не вызывали, и образ ребенка-пророка был для населения привычен и реален. Поэтому никто не удивился, когда в 1212 году во Франции и в немецких землях появились проповедники, рассказывающие о некоем отроке Стефане из Клуа, которому явился Христос, повелел собрать невинных детей и отправить их в Иерусалим, захваченный мусульманами. Священный град откроет врата маленьким крестоносцам и сдастся им, и воссияет солнце правды.

В общем, нужно идти, делать то, с чем не справились взрослые крестоносцы, — изгонять бусурман из святых земель. Без оружия, конечно, только с песнопениями и хоругвями.

Тут нужно отметить, что как раз в это время в Европе случилось резкое похолодание — закончился средневековый климатический оптимум, который несколько веков позволял европейцам вольготно плодиться и жить припеваючи. Температура на планете во время оптимума была выше, чем сейчас, пустыни зеленели под дождями, в Гренландии росли злаки, в Шотландии возделывали виноградники, в Германии снимали по два урожая пшеницы в год. А тут тепло закончилось, и начался страшный голод — с повальным людоедством и вымиранием целых регионов. Поэтому идея отправить своих малюток вон из голодных домов на благое дело вызвала у многих родителей понимание.

Тем более что маленький Стефан был чудо как хорош в своей белой рубашечке и так проникновенно говорил о том, как Христос с ним разговаривал среди овечек! За считаные месяцы было собрано не менее 25 тысяч детей в возрасте от 5 до 17 лет. Отрядами и шеренгами они отправились к Стефану в Париж. Светские власти Европы, в том числе король Франции, с самого начала были против этой идеи и делали попытки ситуацию разрулить — отправить детскую армию по домам. Но малютки, собирая по дороге пожертвования и оставляя по обочинам множество неглубоких маленьких могилок, как-то смогли доползти до Марселя, где несколько благочестивых купцов на свои деньги наняли выжившим и неразбежавшимся деткам корабли, доставившие их в Алжир.

Увы, купцы были в договоре с мусульманскими работорговцами, и всех малюток-крестоносцев по прибытии в Африку немедленно отправили на невольничьи рынки. Вместе с их предводителем Стефаном. Прежде чем ужасаться цинизму купцов, подумаем все же, что это был, возможно, не самый худший вариант развития событий для детей, которые уже к приходу в голодный Марсель были истощены, больны и измучены. В рабстве их хотя бы кормили и лечили, а быстро найти другой способ спасти от голода и холода такое количество беспризорников и куда-то их вообще пристроить в те тяжелые годы было довольно затруднительно.


Жанна д’Арк

Неграмотной крестьянской девочке Жаннетте в 1424 году исполнилось 13 лет, и ее стали навещать видения. К ней прилетали архангел Михаил, святая Маргарита и святая Екатерина. Они и поведали Жанне, что именно ей надлежит возвести на престол дофина Карла, спасти осаждаемый англичанами город Орлеан, а потом и обеспечить победу Франции в Столетней войне. Поэтому Жанна пришла к войскам дофина, добилась аудиенции и произвела на дофина впечатление.

В мужской одежде и полных доспехах Жанна командовала вылазкой на Орлеан, а потом была военачальницей во многих сражениях. Но ее захватили в плен предатели-бургундцы и продали англичанам, а те судили ее как ведьму и сожгли на костре. Это общепринятая версия.

Но в реальности с Жанной непонятно и спорно практически все. Вполне серьезные исследователи доказывали, что она незаконная сестра дофина по матери, что воспитывала ее не крестьянская, а дворянская семья д’Арков, что образование у нее по тем временам было вполне королевское, что она минимум на пять лет старше, чем было принято считать, что в сражениях участия не принимала и вообще была фигурой скорее символической, что ее даже не казнили — сожгли вместо нее какую-ту задушенную преступницу…

Исследовать останки Жанны, чтобы определить ее происхождение, было невозможно, ибо это оказались не ее останки… В общем, с Жанной ясности никакой нет, если не считать того, что некая юная девушка стала в конце войны символом Франции и потом ее судили весьма неприятные и бесчестные люди.

Но зато сейчас во Франции она главная национальная героиня. Образ юной неграмотной крестьянки, ведущей войска к победе под командой архангелов, плотно вплелся в генокод общеевропейской культуры.


Жертвы салемских ведьм

В 1692 году в очень пуританском новосветском городке Салем две девочки — дочка пастора и его племянница — начали рассказывать, что к ним являются злые духи, колют их иголками, режут ножами и мешают слушать проповеди. Элизабет Пэррис (9 лет) и Эбигейл Уильямс (11 лет) катались по полу, выли, прятались под столами и вообще всячески пугали родных, заявляя, что это с ними делают злые ведьмы.

Долго ведьм искать не пришлось. Были схвачены женщины, редко заходившие в церковь: местная нищенка, темнокожая служанка и две больные одинокие старухи.

Страдания девочек не прекращались, они все так же продолжали падать время от времени на пол и закатывать глаза, издавая странные звуки. Поэтому пришлось арестовать еще с десяток ведьм и колдунов и даже четырехлетнюю девочку, отказавшуюся отпускать свою маму в тюрьму и кричавшую: «Я тоже ведьма! Я хочу к маме!»

Начались допросы, в том числе и с пытками (одного восьмидесятилетнего старика раздавили насмерть камнями во время пытки утяжелением), ведьм становилось все больше, а страдания бедных Лиззи и Эбби так и не прекращались.

Более того, кататься по полу и указывать пальцем на ведьм-соседок стали и некоторые их подружки-сверстницы, так как быть жертвой колдовства очень круто, ведь за ними ходили, смотрели им в рот и всячески ими восхищались, а не мучили уроками, шитьем и придирками. А еще «жертв» все очень боялись, так как они могли одним словом любого отправить в петлю, и это тоже было очень приятно девочкам.

Вскоре они стали ездить по соседским городкам — их возили туда «показывать на ведьм». Всего во время салемского процесса казнили и убили 22 человек, почти двести оказались в тюрьме. В Салеме не осталось, считай, ни одной семьи, в которой хоть кто-то не был бы повешен или не готовился взойти на эшафот. В конце концов даже до самих судей стало доходить, что творится что-то несусветное, и дело прекратили, а оставшихся «ведьм» выпус­тили.

Никаких обвинений «жертвам» тоже не предъявили. И вообще власти и судебные органы постарались всю историю как можно скорее замять и забыть.


Нонгкавусе

В Южной Африке жило богатое племя скотоводов коса, и было оно очень недовольно тем, что в этой части континента поселились британцы и стали наводить тут свои порядки.

Но воевать с англичанами коса не могли, потому что англичане были по сути своей злыми духами. У них были ружья, каменные дома и толстые большие коровы, а у коса — в основном копья, хижины из травы и коровы маленькие и тощие. И вот в 1856 году пятнадцатилетняя девочка Нонгкавусе встретила не берегу реки парочку своих покойных предков. Предки сказали, что без проблем утопят англичан в море, если коса принесут им жертву — перережут весь свой скот, сломают все хижины и выжгут все поля с зерном. Но сделать это надо быстро.

Ровно через год над миром встанет красное солнце как знак того, что жертва принята, после чего все белокожие демоны отправятся кормить рыб, а предки наполнят корали коса большими коровами, построят своим потомкам прекрасные дома и вырастят чудесное зерно, а еще уничтожат всех кусачих насекомых. Нонгкавусе рассказала про это бизнес-предложение жрецам, а те — вождю. И коса начали резать скот, а также тех, кто не хотел резать своих коров и пытался спрятать их от общественности. Нонгкавусе ходила со своими подружками по деревням в сопровождении воинов-охранников и просила резать больше и лучше.

За год, по самым скромным прикидкам, коса вырезали почти полмиллиона коров. Последовавший за этим страшный голод привел к вымиранию немалой части коса и каннибализму. Разбираться с этим пришлось британской администрации. Коса, когда поняли, что предки своих обещаний выполнять не собираются, мечтали разорвать Нонгкавусе на много маленьких кусочков, поэтому девочку сперва держали под арестом в доме мэра Гаулера, а потом спрятали на отдаленной островной ферме.


Бернадетта Субиру

В 1858 году 14-летняя Бернадетта Субиру, неграмотная служанка, дочка прачки, собирала хворост рядом с одной из множества пещер, окружавших французский городок Лурд. Там ей повстречалась дева Мария, которая обсудила с девочкой кое-какие вопросы католической догматики, а потом указала на родник в гроте и сообщила, что он будет исцелять верующих.

Богородица встречалась в Бернадеттой еще 17 раз и просила как следует молиться, а заодно поставить рядом с пещерой часовню. Бернадетта рассказывала об этих встречах родственникам и подругам, слухи дошли до властей и церкви. Начались официальные допросы, но девочка строго стояла на своем: Богоматерь являлась ей, светилась и показывала на родник.

Так что Католической церкви пришлось взяться за дело. Родник углубили и расширили трубами, Бернадетту постригли, к ее большой радости, в монахини, а вода была объявлена целебной и священной. До сих пор Лурд — одно из самых главных мест католического паломничества, а всю вторую половину XIX века там происходил бесконечный аншлаг. Тысячи и тысячи больных, умирающих от рака, тифа, холеры, туберкулеза и водянки, везли сюда на телегах, кораблях и паровозах, чтобы обмакнуть в священный источник.

Лурдскую воду в специальных графинах, снабженных печатями подлинности, не продавали разве что в Антарктиде. Лучшее описание Лурда того времени оставил Эмиль Золя, весьма впечатлившийся видом еще живых и не очень, а также покойников на улицах, измученных дорогой и тряской страдальцев, которые лежали на тележках в очереди к святыне; тем, как в священном бассейне одновременно купают младенцев и мертвецов, и тем, какой беззастенчивый грабеж странников происходил на всех этапах паломничества.


Саманта Смит

В 1982 году отношения США и СССР в очередной раз ухудшились в связи с приходом к власти Юрия Андропова, бывшего руководителя КГБ. Мировая пресса снова заволновалась по поводу угрозы ядерной войны между этими державами, газеты и журналы пестрели соответствующими заголовками. И однажды удивительно хорошенькая и активная девочка Саманта Смит двенадцати лет, дочка преподавателя литературы из Мэна, начиталась этих заголовков и ужасно расстроилась. А потом с одобрения родителей написала Андропову письмо, в котором спрашивала: почему нельзя жить в мире, когда жизнь так хороша, и нельзя ли обойтись без ядерной бомбы, мистер главный русский?

В СССР, который тоже был заинтересован в некотором потеплении отношений со Штатами, было решено дать истории ход, и письмо Саманты напечатали в «Правде». А еще ей ответил как бы сам Юрий Андропов, который написал, что она хорошая девочка, что советские люди, как завещал великий Ленин, хотят мира, приезжай к нам, Саманточка, и все увидишь своими глазами. Саманта с родителями приехала и получила весь комплекс советских вип-услуг — от Кремля и Мавзолея до осетрины и «Артека».

В «Артеке» Саманте очень понравилось, а еще ее удивило, что все ее новые друзья-пионеры так хорошо говорят по-английски. По возвращении из «империи зла» Саманта стала героиней западного мира: ее бесконечно приглашали на съемки и интервью, папа написал от ее имени книгу, веселая и симпатичная Саманта боролась за мир во всем мире и выступала перед правительствами с пылкими, но вежливыми речами. А через год, возвращаясь вместе с отцом с одной из конференций, разбилась в авиакатастрофе, не успев отметить своего 14-летия.

Саманта родила множество подражательниц, принявшихся писать на деревни всяким важным дедушкам. Самой известной из них стала советская школьница Катя Лычева, которая пару лет с большим или меньшим успехом изображала из себя посла мира на различных международных мероприятиях.

Фото
Виталий Созинов / ТАСС

Северн Сузуки

Да, Грета далеко не первая девочка, которая пугала ООН экологическими проблемами. В 1992 году, когда мир активно сражался с озоновыми дырами, запрещая баллончики с дезодорантами, на этом же месте стояла 12-летняя канадка Северн Сузуки, которая тогда получила титул «девочка, которая заставила мир замолчать на пять минут».

Ребенок, симпатичная девочка, которая умоляет о помощи? Это же святое! В отличие от Греты Тунберг, Северн вела себя, конечно, более воспитанно и не кричала «Вы лжете!» или «Как вы смеете!». Она просто всего ужасно боялась. «Я сражаюсь за свое будущее. Потерять свое будущее — это не то же самое, что проиграть выборы или потерять несколько пунктов на фондовой бирже. Я пришла сюда для того, чтобы говорить от имени всех будущих поколений. Я боюсь гулять в солнечный день из-за дыр в озоновом слое. Я боюсь дышать этим воздухом, потому что не знаю, что за химические реагенты теперь в нем находятся».

Сегодня, спустя четверть века, Северн здорова, бодра, имеет двоих детей и обладает весьма цветущим видом, но по-прежнему занимается активной борьбой за экологию. Теперь это стало ее профессией.

Фото: Getty Images

Комментарии

0
под именем