Все, что ты и так знал с детства про Джона МакКлейна, но успел забыть, потому что фильмы про него уж очень редко выходят, безвестные в наших широтах рокнроллеры уместили всего в четыре куплета – по количеству «Орешков».

Remember when we first met John McClane?

Argyle picked him up from the plane,

And took him down to Nakatomi Tower...

To meet with Holly.

Помнишь нашу первую встречу с Джоном Макклейном?

Аргайл забрал его из аэропорта

И отвез в Накатоми Тауэр,

Чтобы он встретился с Холли.

Первая строфа песни начинается там же, где и первая часть фильма. За ней последуют описания второй и третьей части, а затем будут озвучены ожидания насчет четвертой (да, всего лишь ожидания, потому что песня вышла ДО «Крепкого орешка 4.0»). Но обо всем по порядку.

Это был канун Рождества. Офицер полиции Нью-Йорка Джон МакКлейн прилетел в Лос-Анжелес, чтобы помириться со своей женой Холли, и человек по имени Аргайл (веселый водитель лимузина, который проявит себя в кульминационной части фильма) действительно забрал его из аэропорта и отвез именно в небоскреб Накатоми Тауэр, где проходила рождественская вечеринка, на которую торопился Джон МакКлейн.

He came to get her back and to be her man,

But Hans and his buddies fucked up the plan,

And that's about when everything went sour

At the Christmas party.

Он приехал, чтобы вернуть ее и стать мужчиной ее жизни,

Но Ганс со своими парнями порушили к е**ням все планы,

И поэтому рождественская вечеринка

Не удалась.

Пока Джон переодевался, вечеринка была прервана злодеем Гансом Грубером и его парнями, которые взяли в заложники всех, кроме Джона МакКлейна, сумевшего ускользнуть – босиком. И – факт, о котором часто забывают – речь идет о корпоративной рождественской вечеринке. Так что этот фильм можно отныне смотреть в Новый год вместо «Иронии судьбы», на случай, если ты этого и без нашей подсказки не делал!

And the terrorists were over-zealous,

But it was sweet when they killed Ellis!

And, with a little help from Allen,

John McClane kicked ass!

И террористы очень старались,

Было прикольно, когда они убили Эллиса,

Однако, не без помощи Аллена,

Джон Макклейн надрал всем задницы!

Отобрав рацию у свежеубитого террориста, Джон МакКлейн сумел связаться с полицией Лос-Анжелеса, от которой в небоскреб был отправлен толстяк Аллен Пауэл на патрульной машине. Чтобы привлечь его внимание, МакКлейн сбросил на него из окна мертвого террориста. Аллен вызвал подкрпление, начался массовый замес – и Джон МакКлейн вышел победителем. В общем, ты в курсе. И поскольку ты в курсе содержания и всех последующих частей, мы, пожалуй, сведем наши комментарии к минимуму…

И да, если ты не смотрел ни одного «Крепкого орешка», то немедленно закрой сайт и больше никогда – НИКОГДА – не возвращайся! Ты недостоин носить гордое имя мужчины. Даже если ты женщина.

ПРИПЕВ 1

We're gonna die, die, die, die hard!

We're gonna die, die, die, die hard!

We're gonna die, die, die, die hard!

We're gonna die, die, die as hard as we can!

Мы крепкие орешки, крепкие-крепкие-крепкие орешки!

Мы крепкие орешки, крепкие-крепкие-крепкие орешки!

Мы крепкие орешки, крепкие-крепкие-крепкие орешки!

Крепкие настолько, насколько это возможно.

No one dies harder than John McClane,

Even when his wife's stuck on a plane

About to crash into the Potomac River...

On the eve of Christmas.

Джона Макклейна убить сложнее всех на свете,

Даже когда его жена в самолете,

Который вот-вот обрушится в реку Потомак…

В канун Рождества.

Вторая часть – это еще один отличный новогодне-рождественский фильм и весь куплет будет, в сущности, об этом – и о содержании фильма. Тут в песне, кстати, впервые обыгрывается название «Die hard» («умереть тяжело»), которое, увы, невозможно перевести на русский без так называемого лексического сдвига. В перестройку кино гуляло по салонам с заголовком «Умри тяжело, но достойно». Первый канал играл с фразой «Умереть непросто». В итоге устоялся вариант «Крепкий орешек». Отсюда и наша вольная интерпретация припева, уж извини.

Что касается второго фильма, то там террористы захватили систему управления полетами в аэропорту, куда как раз должна была приземлиться Холли – и Джон должен был остановить их до того, как у самолета его жены и еще у нескольких других закончится топливо и они начнут падать. Несложно догадаться, что в конце концов у него все получилось.

And airport security kicked him out,

But John McClane is just too damn proud,

And nothing could have made him not deliver...

'Cause that's his business!

И служба охраны аэропорта вставалу у него на пути,

Но Джон Макклейн – принципиальный коп

И ничто не помешает ему доставить…

Потому что это его дело!

Дело было так - в баре аэропорта Джон вычислил двух мужчин в солдатской одежде, которые несли какой-то пакет; у одного из них было оружие. Он направился за ними в багажный отдел. Одного он убил, второй сбежал. Узнав, что мертвец был наёмником, он выложил все подозрения капитану полиции аэропорта, но тот отказался слушать и вытолкал МакКлейна из своего кабинета. Джон решил снова взять все в свои руки.

And with a lot of fights and gunplay

He blew that plane up on the runway.

And, with a little help from Allen,

Holly's plane could land!

Не без драк и перестрелок

Он все-таки посадил самолет

И, не без помощи Аллена,

Невредимая Холли вернулась на землю!

Да – все так и было.

ПРИПЕВ 1

ПРИПЕВ 2

Yippee-ki-yay, motherfucker! (x4)

Йо-хо-хо, ублюдок! (х4)

Во втором припеве возникает культовая фраза Джона, которую перевести на русский еще труднее, чем крик черепашек-ниндзя: «Кавабанга!» Мы взяли самый устоявшийся вариант.

No one dies harder than John McClane,

Saving all the passengers on the train.

But Simon wasn't clear with his intentions:

It was just a distraction!

Джона Макклейна убить сложнее всех на свете,

Он спасал целый поезд с людьми,

Но оказалось, что Саймон не так прост, как кажется:

Вот это был замес!

And there was no way McClane could know

That Hans Gruber was Simon's bro.

And that's what made it «Die Hard: With A Vengeance»

With Samuel Jackson!

Потому что Макклейну неоткуда было узнать,

Что Ганс Грубер – брат Саймона.

И поэтому сняли «Крепкий орешек -3 (Возмездие)»

С Сэмуэлем Джексоном!

Джексон действительно сыграл в третьей части напарника Джана МакКлейна – Зевса Карвера. Главным злодеем (за неимением Ганса Грубера, еще в первой части сброшенного с 30-го этажа) выступает его вдруг народившийся брат Саймон. Джон МакКлейн выходит победителем.

And the good cop wouldn't miss this,

Even though it wasn't Christmas.

He didn't get any help from Allen...

But only in part three!

Хороший коп такого не упустит,

Пусть даже и не в канун Рождества

И без помощи Аллена…

Но это только в третьей части!

Да, Аллен в третьей части впервые не появляется, и никакого Рождества и близко нет – «Крепкому орешку» требовалось продолжение, и его сняли. И было это уже в эпоху, когда фильмы стали зарабатывать деньги не только на Рождество, но и летом. Поэтому от канона решено было отступить.

ПРИПЕВ 1+2

Finally we're back with John McClane

Now we got a choice, and the choice is plain:

We can live free or we can die hard,

As hard as we can.

И вот, Джон Макклейн снова с нами,

И теперь у нас есть выбор, и выбор этот очевиден:

Мы можем жить свободно или умереть тяжело, но достойно,

Насколько это возможно.

From taking on a terrorist he's never met,

To taking on an F-35 jet,

With the greatest car explosions by far...

This sure looks sweet, man!

Он сражается с незнакомыми ему террористами

И гасит истребитель F-35,

С самыми крутыми взрывами машин за всю историю…

Это смотрится по-прежнему, круто, братишка!

And we know what the basic gist is:

There ain't no Allen, and it's not Christmas.

We don't know but we're pretty sure that

John McClane kicks ass!

И мы знаем, что в это раз

В сюжете не участвуют ни Аллен, ни Рождество,

Мы не знаем точно, но можем предположить,

Что Джон Макклейн все же надерет всем задницы!

ПРИПЕВ

Все это применимо, кстати, и к пятой части. Плюс: действие происходит в Москве и в кадре рассекает Юлия Снигирь, героиня обложки MAXIM – в кожаном комбинезоне на почти голое тело.Вот это по-настоящему looks sweet, братишка! До встречи, Джон МакКлейн!