Минутка диванной аналитики: Как американская феминистка викторианских геев вешала

Неприятно узнавать о том, как ты сел в лужу, в прямом эфире, но именно это произошло с писательницей Наоми Вольф.

Тут с писательницей, историком, феминисткой, борцом за права ЛГБТ доктором Наоми Вольф приключился страшный сон любого из наших редакторов.

Мы — люди, а людям свойственно ошибаться, а людям-журналистам это не просто свойственно, а прописано в нашей карме с пометкой «не менее трех раз в день». Но мы все еще переживаем. Мы всегда боимся, что вот опубликуем очередную статью, а под ней появится комментарий: «Обшлага у курьеров егерской службы были не зеленые, а коричневые, приведенная вами цитата Черчилля является фейком, а еще вы написали, что у крокодила шесть лапок, так вот, здесь вы тоже ошиблись».

Страхи наши часто реализуются, но это не помогает, к такому нельзя привыкнуть. Публичная посадка в лужу — это всегда страшное унижение и боль. И поэтому наше сердце обливается кровью при мысли о несчастной Наоми.

Она написала целую книгу! «Гонения: Секс, цензура и криминализация любви» вышла на прошлой неделе. В ней автор, проведшая много времени за изучением архивов Уголовного суда Олд-Бейли, рассказывала, как во времена королевы Виктории вешали геев. За запретную любовь. Много вешали и часто. Центральный персонаж книги — четырнадцатилетний Томас Сильвер, казненный за связь с любимым… Наоми зафиксировала все смертные приговоры за содомию. Провела большую работу. Заклинала нас помнить и не забывать…

А потом BBC решила взять у Наоми интервью и подло пригласила еще и историка, специалиста по викторианской эпохе Мэтью Свита. От него Наоми и узнала много интересных вещей. Например, про то, что слово «содомия» викторианцы употребляли не только для описания мужеложества. Содомией называлось еще растление и изнасилование несовершеннолетних, за которое и судили всех описанных Наоми жертв любви. В том числе и Томаса Сильвера, который растлил мальчика младшего возраста. И да, за такое преступление в викторианской Англии и правда мог бы быть вынесен смертный приговор. Проблема только в том, что его ни в одном из упомянутых Наоми дел не выносили. Словосочетание «death recorded», которое доктор Наоми поняла как «приговор приведен в исполнение», означает лишь то, что смертный приговор вынесен не был, а только зафиксировано, что данное преступление могло бы им караться. И буквально все казненные Наоми были приговорены лишь к различным срокам тюремного заключения. Тот же Томас Сильвер отсидел, согласно документам, два года, а потом был выпущен за хорошее поведение.

Наоми встретила удар мужественно. Мы бы на ее месте зарыдали и сломали мерзкому историку челюсть, которой он говорит такие страшные вещи, а она всего лишь замялась и сообщила, что юридические термины — вопрос тонкий, еще нуждающийся в прояснении… Героическая женщина.

Но в этом инциденте нам кажется особенно интересным другой момент. Вот вроде бы писатель у нас — историк и исследователь. Далеко не первую книгу выпускает о прошлом. Но при этом любой, кто хорошо знаком с той же викторианской литературой, кто вообще представляет себе ту эпоху, отлично знает, какой накал мужеложества и запретной любви был в этом обществе закрытых школ и разделенных полов, какой это был распространенный, хотя и не обсуждаемый публично «порок», насколько это была тривиальная штука тогда. И если человек недрогнувшими пальцами пишет о том, как Олд-Бейли штампует смертные приговоры за гомосексуальность, это значит, что он практически ничего о викторианстве и от викторианцев не читал. А книги пишет.

Нет, мы, конечно, тоже так делаем, но мы-то думали, что это наше собственное изобретение!

Фото: Getty Images

Комментарии

0
под именем