Танк, который не умел поворачивать: Фиаско «адской клетки» Буаро

Там, где пехота не пройдет…

Это сегодня любой школьник, если его, конечно, удастся оторвать от смартфона, живо накидает концепцию идеального боевого танка. Рациональные углы бронирования, газотурбинный двигатель, динамическая защита, автомат заряжания — ну вот это все. Зато сто лет назад представления о танке были куда более размытыми и нечеткими.

В самый разгар Первой мировой войны инженеры ломали голову над проблемой преодоления эшелонированной обороны противника. Заросли колючей проволоки, минные поля, пристрелянные пулеметные точки превращали классическую атаку пехотных цепей в натуральное массовое самоубийство. Воюющие стороны месяцами сидели друг против друга, носа не показывая из траншей. Недаром Первою мировую прозвали «окопной войной».

Еще в 1914-м французский инженер Луи Буаро предложил уникальную концепцию машины, которая сможет проделывать проходы в проволочных преградах, легко переезжать через траншеи и вообще наводить ужас на врага. Это была огромная самодвижущаяся шестисекционная гусеница с расположенным внутри движителем — 80-сильный бензиновый мотор и цепная трансмиссия. Он, движитель то есть, двигался по направляющим, буквально проталкивая секции-гусеницы вперед.

Благодаря своим габаритам и массе танк Буаро должен был сметать редуты колючей проволоки и прочие оборонные сооружения. При массе в 30 т и ширине секции в 3 м это казалось вполне естественным. Столь же естественной представлялась и медлительность гиганта. Просто попробуй уместить в рамках одного предложения 80 «лошадей» и 30 т! Сам Луи Буаро утверждал, что его самодвижущаяся гусеница сможет «разгоняться» до 3 км/ч. Но это, видимо, только под горку и при попутном ветре. На испытаниях адская клетка показала лишь 1,5 км/ч.

Надо признать, танк Буаро справился с основной задачей. На тестах он успешно преодолел сеть проволочных заграждений шириной 8 м, не спасовал перед 5-метровой воронкой и пусть медленно, но верно форсировал 2-метровую траншею. Но скорость передвижения танка вызвала у армейских наблюдателей лишь насмешки. К тому же самоходная гусеница не умела самостоятельно поворачивать. Чтобы изменить траекторию движения, машину приходилось останавливать, поддомкрачивать и вручную направлять в нужную сторону.

Даже в тепличных условиях полигона эти операции вызывали сложности, а представить, как поворачивать самоходную гусеницу в условиях реального боя, под огнем противника, вообще никакой фантазии не хватит. Проект Луи Буаро признали бесперспективным. Но на помощь солдатам Антанты уже спешили «Шнайдер-CA1» — первые настоящие французские танки.

Комментарии

0
под именем