Голова профессора Витгенштейна — величайшего философа XX века

За свою не такую уж и долгую жизнь Людвиг Витгенштейн успел побывать миллионером, инженером, солдатом, деревенским учителем, садовником в монастыре, архитектором и санитаром. Однако человечество почему-то запомнило его только как величайшего философа XX века. И это несмотря на то, что сам Витгенштейн считал философию не только бессмысленным, но и в чем-то даже вредным занятием.

Людвиг Витгенштейн
Витгенштейн погалал, что его идеи покончат со всей существовавшей до него философией.

Как Витгенштейну удалось прожить 62 года и ни разу не покончить с собой — загадка. Мало того, что сам философ годами не выходил из тяжелой депрессии (да к тому же, по мнению отдельных исследователей, страдал вялотекущей шизофренией), так еще и окружающие люди, словно нарочно, подавали ему дурные примеры. Родственники, друзья и просто знакомые Витгенштейна с пугающей легкостью расставались с жизнью.

В 1902-м наложил на себя руки Ганс, старший брат будущего философа, уехавший из родной Австрии на Кубу. Год спустя тринадцатилетнему Людвигу пришлось надеть траур по своему второму брату — Рудольфу, повесившемуся в Берлине. К счастью, у Людвига оставались еще два брата — Пауль и Курт. Казалось, что уж они-то не совершат подобной глупости. Однако в 1918 году офицер австро-венгерской армии Курт, попав вместе со своим взводом в окружение, не нашел из него иного выхода, кроме как пустить себе пулю в висок.

Закончив школу, Людвиг собрался было продолжить обучение у австрийского физика Больцмана, но тот тоже свел счеты с жизнью. Скорбный список можно было бы растянуть еще на пару страниц, добавив к самоубийцам и тех знакомых и друзей философа, которые чуть ли не каждый год умирали от тяжелых болезней и несчастных случаев.

В общем, поводов для неважного настроения у Витгенштейна было предостаточно. Но свое собственное стремление к самоуничтожению Людвиг инстинктивно подавлял кардинальными переменами образа жизни и экстравагантным поведением.


Детство, отрочество, юность

Людвиг Йозеф Иоганн родился 26 апреля 1889 года в семье одного из самых богатых людей Австро-Венгрии — сталелитейного магната Карла Витгенштейна. Три дочери, четыре сына и одна жена Витгенштейна-старшего жили в роскоши и благополучии. Впоследствии Людвиг даже утверждал, что в их особняке было девять роялей. Впрочем, биографы отказываются этому верить. Хотя доподлинно известно, что к Витгенштейнам регулярно захаживали композиторы Густав Малер и Иоганнес Брамс, а братья Ганс и Пауль были талантливыми пианистами, остается неясным, кто играл на оставшихся пяти инструментах. (К слову, после того как Пауль потерял на войне правую руку, Морис Равель специально для него сочинил знаменитый сейчас «Концерт для фортепиано с оркестром ре минор для левой руки».) Сам же Людвиг в детстве отлично играл на кларнете.

Пауль Витгенштейн
Пауль Витгенштейн остался концертирующим музыкантом даже после того, как ему оторвало руку на войне.

По словам Витгенштейна, задумываться над философскими вопросами он стал уже в восемь лет: «Вижу себя стоящим у двери и размышляющим, зачем люди говорят правду, когда врать гораздо выгоднее».

Получив изрядное начальное домашнее образование, Людвиг отправился за средним. Примечательно, что одним из его одноклассников по Линцевской школе оказался Адольф Гитлер* (тогда еще известный под фамилией Шикльгрубер), который после захвата Австрии в 1938 году вынудит Витгенштейна принять английское гражданство.

Голова профессора Витгенштейна — величайшего философа XX века

* — Примечание Phacochoerus'a Фунтика:
« Справедливости ради надо добавить, что единственным подтверждением этому служит найденная в 1998 году расплывчатая черно-белая фотография класса Витгенштейна, на которой при желании за юного Гитлера можно принять практически всех одноклассников Витгенштейна »


В 1908-м, после двух лет обучения на инженера-механика в Берлине, Людвиг поступил в манчестерскую высшую техническую школу, где занимался разработкой математической модели пропеллера и выяснял особенности движения воздушных змеев в верхних слоях атмосферы. Затем у Витгенштейна появилось новое увлечение — математическая логика, и в 1911 году он уехал в Кембридж, где преподавал Бертран Рассел, автор многочисленных трудов по этому предмету.


Восходящая звезда европейской философии

Один из первых диалогов Витгенштейна и Рассела выглядел примерно так: «Скажите, профессор, я круглый идиот?» — «Не знаю. А почему вы спрашиваете?» — «Если я круглый идиот, я стану воздухоплавателем. Если нет – философом».

Своего нового студента лорд Рассел, судя по письмам, поначалу находил «чрезвычайно утомительным», «ужасным спорщиком» и «сущим наказанием». «Я попросил его принять допущение, что в этой комнате нет носорога, — писал возмущенный Рассел. — Но он не принял!» Но уже спустя каких-то полгода знаменитый логик заявил сестре Витгенштейна: «Мы ожидаем, что следующий значительный шаг в философии будет сделан вашим братом».

Настоящий фурор произвел первый же доклад 23-летнего Людвига, который назывался просто — «Что такое философия?». Чтобы раскрыть тему, Витгенштейну потребовалось четыре минуты.

Бертран Рассел
Бертран Рассел первым признал в юном Витгенштейне гения.

Людвиг пробыл в Кембридже только до августа 1913 года. Да и то в последние полгода он чувствовал себя не лучшим образом — хандрил и все время говорил о своей скорой смерти (сроки печальной даты колебались от двух месяцев до четырех лет).

В конце концов, решив сменить обстановку, Витгенштейн со своим другом Дэвидом Пинсентом отправился путешествовать в Норвегию и неожиданно остался там надолго. Пинсент вернулся назад один. В Кембридже с облегчением решили, что Витгенштейн наконец-то окончательно сошел с ума. Но сам Людвиг был чрезвычайно доволен собой. Он считал время, проведенное на севере, самым продуктивным в своей жизни. Именно в Норвегии начинающий философ приступил к работе над своим знаменитым «Логико-философским трактатом» (единственная философская книга Витгенштейна, которая была издана при его жизни). При этом он, невзирая на расстояние, умудрился поссориться с Бертраном Расселом, которому не понравился менторский тон писем юного гения.

Родственники, друзья и просто знакомые с пугающей легкостью кончали жизнь самоубийством

Единственное, чего не хватало в Норвегии, — это приличных спарринг-партнеров. Витгенштейн считал, что философ, который не вступает в дискуссии, подобен боксеру, который не выходит на ринг. Людвиг писал Эдварду Муру, преподавателю Кембриджа, основателю аналитической философии: ты, мол, единственный на всем белом свете, кто способен понять меня, срочно приезжай. Тащиться на север Муру не хотелось, но Людвиг был весьма настойчив.

На самом деле он желал не только общения. Витгенштейн придумал передать с Муром диссертацию и получить степень бакалавра. Более того, когда Эдвард приехал в Норвегию, выяснилось, что ему придется выполнять еще и обязанности секретаря: работу под названием «Логика» он писал под диктовку Витгенштейна.

Но в Тринити-колледже отказались зачесть «Логику» как диссертацию: не было предисловия, обзора и списка использованной литературы. Узнав об этом, Витгенштейн написал Муру яростное письмо: «Если я не могу рассчитывать, чтобы для меня сделали исключение даже в таких идиотских деталях, то я вообще могу отправляться прямо к дьяволу; если же я вправе рассчитывать на это, а вы этого не сделали, то — ради Бога — можете сами отправляться к нему».


Миллионер

В 1913 году умер отец Людвига, оставив сыну в наследство огромное состояние. Витгенштейн не долго думал, куда деть отвлекавшие от размышлений о бренности существования деньги: он решил помочь бедствовавшим братьям по разуму — художникам, литераторам и философам. Двадцать тысяч крон от Витгенштейна получил Райнер Мария Рильке. Еще 80 тысяч были распределены среди других деятелей искусства. От остальных денег Витгенштейн отказался в пользу родственников.


Солдат

Началась Первая мировая война, и Витгенштейн решил отправиться на фронт. Не только из патриотических соображений. Он считал, что погибнуть на фронте гораздо почетнее, чем просто застрелиться на диване в гостиной или выпить яду в столовой. А если не убьют, то, как записал он в дневнике перед одним из боев, у него хотя бы будет «шанс стать приличным человеком».

Военное удостоверение Витгенштейна

Поначалу, правда, его по причине слабого здоровья не хотели брать на передовую. «Если это произойдет, я убью себя», — пригрозил Витгенштейн, постоянно искавший удобного случая свести счеты с опостылевшей жизнью. Так Людвиг попал на русский фронт и даже принял участие в Брусиловском прорыве. Естественно, на прорываемой стороне. В дневнике Витгенштейна можно найти запись, что в процессе прорывания он «потерял нить математических рассуждений».

Пасть смертью храбрых у Витгенштейна не получилось. Более того, он получил медаль за доблесть, а чуть позже был произведен в лейтенанты. Параллельно пришлось заканчивать работу над «Логико-философским трактатом».

Добровольцы отправляются на фронт
Отправляясь добровольцем на фронт, Людвиг мечтал о скорой смерти.

В конце концов, в октябре 1918 года Витгенштейн попал в плен к итальянцам. Друзья Витгенштейна пытались освободить его досрочно, но Людвиг был против. Он не видел разницы между обычной жизнью и пленом и потому провел там на общих основаниях почти год.

Вернувшись домой, Витгенштейн узнал грустную новость: его кембриджский друг Дэвид Пинсент, воевавший за англичан, погиб в воздушном бою.


Учитель

В 1921 году, на 32-м году все еще продолжавшейся жизни, Людвиг выпустил в свет свой «Логико-философский трактат», вступление к которому пытался написать Рассел, но Витгенштейн нашел текст англичанина поверхностным и сочинил предисловие самостоятельно. Оно заканчивалось следующим пассажем: «Истинность изложенных здесь мыслей кажется мне неопровержимой и окончательной». Следовательно, возвращаться к философской деятельности не имело смысла. И Витгенштейн совершил очередной финт — реализовал мечту каждого интеллигента: ушел в народ и стал учителем начальных классов. Причем не в какой-нибудь Вене, а в богом забытой альпийской деревушке Траттенбах.

Еще во время войны Витгенштейн прочитал толстовское переложение Евангелий, популярное в те годы в Европе, и впал в крайнюю степень толстовства. Людвиг, наверное, мечтал на фоне пасторальных пейзажей учить детей разумному, доброму, вечному, а по вечерам сидеть на завалинке, пить парное молоко и беседовать с мудрыми стариками. В действительности все вышло куда более прозаично. Свежий воздух не пошел на пользу его сплину. Спустя год Витгенштейн писал друзьям о том, что крестьяне пошлы, коллеги по школе подлы, да и вообще все люди ничтожны.

Витгенштейн и ученики Оттертальской начальной школы
1925 год. Витгенштейн (крайний справа взрослый) и ученики Оттертальской начальной школы.

Жил Людвиг чрезвычайно скромно, питался так плохо, что даже самые бедные крестьяне приходили в ужас. Кроме того, Витгенштейна невзлюбили родители учеников: они полагали, что новый преподаватель внушает им отвращение к земледелию и соблазняет детей рассказами о городе.

Не помогло даже совершенное Витгенштейном «чудо». На местной фабрике сломалась паровая машина, и приглашенные инженеры не сумели ее починить. Людвиг, фактически проходя мимо, попросил позволения взглянуть на механизм, побродил возле машины и, позвав четверых рабочих, приказал им ритмично постукивать по агрегату. Машина заработала, а Витгенштейн, насвистывая Малера, пошел своей дорогой.

Получив огромное наследство, Людвиг избавился от него в считанные месяцы

Говорят, что учитель из Витгенштейна вышел отменный. Он возил детей на экскурсии в Вену, где рассказывал им об архитектуре и устройстве различных машин. Дети Людвига обожали. Даже несмотря на то, что Витгенштейн вполне в духе того времени применял телесные наказания.

За пять лет философ поучительствовал в трех деревушках. Работа в последней из них, в Оттертале, завершилась скандалом. В апреле 1926-го на него подали в суд: мол, преподаватель Витгенштейн так избивает учеников, что они падают в обморок, истекая кровью. Был и судебный процесс, и обследование на предмет психической вменяемости. Витгенштейна оправдали, но возвращаться в школу у него не было никакого желания.


Садовник и архитектор

Дом, над дизайном которого трудился Людвиг Витгенштейн
Дом, над дизайном которого трудился Людвиг, до сих пор показывают туристам.

Еще учительствуя, Витгенштейн говорил о том, что хочет найти работу дворника или извозчика. В 1926 году у него появилась новая идея — стать монахом, но настоятель монастыря, куда Витгенштейн обратился, отговорил его. Пришлось три месяца довольствоваться местом садовника в венском монастыре, пока его сестра Гретль не сообщила, что собирается строить дом. Людвиг вызвался поучаствовать.

Мыслитель взял на себя самое главное — детали. Дверные ручки, двери, оконные рамы и прочее. Работа над домом продолжалась до 1928 года. Сестра осталась довольна.

Цитата не воробей

Заучи эти шесть знаменитых высказываний Витгенштейна и примени их, когда в следующий раз будешь знакомиться с девушкой на дискотеке.

Все, что может быть сказано, должно быть сказано ясно. Если бы я думал о Боге как о другом существе, подобном мне самому, вне меня, только бесконечно более могущественном, тогда бы я своей непосредственной задачей считал вызвать его на поединок. О чем нельзя говорить, о том нужно молчать. Я единственный профессор философии, который не читал Аристотеля. Граница моего языка — это граница моего мира. Люди, которые то и дело спрашивают «почему?», похожи на туристов, стоящих перед зданием и читающих в своем путеводителе об истории его создания. Это мешает им видеть само здание.


Жених

Маргарита Респингер была родом из Швеции и познакомилась с Витгенштейном в Вене, пока он лежал на квартире у сестры, залечивая ногу, поврежденную на строительстве дома. Маргарита происходила из богатой приличной семьи и, естественно, вовсе не интересовалась философией, что Людвигу, безусловно, нравилось.

Их роман длился пять лет. Каждый раз, когда Людвиг приезжал в Вену, Маргарита мужественно выносила совместные походы в кино, причем только на американские фильмы (европейские Людвиг считал слишком заумными), ужины в сомнительных кафе (бутерброды и стакан молока), а также крайне небрежную (в рабоче-крестьянском стиле) манеру одеваться.

Родители обвинили Витгенштейна в том, что он до крови избивает своих учеников

Не выдержала Маргарита совместной поездки в 1931-м — куда бы ты думал? — конечно, в Норвегию. Витгенштейн рапланировал все просто великолепно. Для того чтобы подготовиться к будущей совместной жизни, влюбленные должны были провести несколько месяцев отдельно (в разных домах, стоявших в десяти метрах друг от друга), размышляя о предстоящем серьезном шаге. Свою часть программы Витгенштейн выполнял отменно — размышлял изо всех сил. А Маргариты хватило всего на две недели. Да и то вместо того, чтобы читать подсунутую ей Людвигом Библию, невеста порхала по окрестностям, кокетничала с крестьянами, купалась и учила норвежский язык. А потом просто взяла и уехала в Рим. Дура!


Великий

Фрэнк Рамсей
Френк Рамсей, научный руководитель Витгенштейна

Пока Витгенштейн занимался черт знает чем, его «Трактат» будоражил мыслящие умы всего мира. В 20-е годы в австрийской столице был образован Венский логический кружок, и сочинение Витгенштейна для входивших в него математиков, физиков и философов стало священной книгой. Председатель Мориц Шлик изо всех сил пытался наладить контакт с Витгенштейном, чтобы пригласить гуру на заседания избранных членов кружка. Тот согласился лишь при условии, что никаких вопросов о философии ему задавать не будут, а тему для беседы он выберет сам. В результате Людвиг с удовольствием валял перед своими преданными поклонниками дурака: читал, например, стихи Рабиндраната Тагора.

Витгенштейн всегда был не слишком высокого мнения об умственных способностях окружающих и не верил в то, что кто-то способен воспринять его философию. Но в процессе общения с фанатами он вновь ощутил интерес к философии. Людвиг вернулся в Кембридж. Правда, мыслитель по-прежнему не имел ученой степени и поначалу числился в университете кем-то вроде аспиранта. Его научным руководителем стал Фрэнк Рамсей — он был на семнадцать лет моложе 40-летнего Витгенштейна.

Людвиг Витгенштейн
Став преподавателем философии в Кембридже, Людвиг советовал студентам не заниматься этим предметом.

Чтобы получить степень доктора философии, Людвигу нужно было написать диссертацию и сдать экзамен. Экзаменаторами были Мур и Рассел. В результате защита превратилась в милую беседу старых друзей. В завершение Витгенштейн утешительно заявил профессорам: «Да не волнуйтесь, вы все равно никогда не поймете, что я имею в виду».

Готовясь к преподавательской деятельности — уже не в сельской школе, а в лучшем университете Европы, — Витгенштейн перенес очередной удар судьбы: накануне первой лекции от вирусного гепатита скончался его бывший научный руководитель Рамсей.

Людвиг Витгенштейн и Френсис Скиннер
Витгенштейн и его кембриджский коллега Френсис Скиннер. 1933 год.

О том, как признанный философ читал лекции, слагались легенды. Бывало, он растягивался на полу и задумчиво разглядывал потолок, размышляя вслух над интересовавшей его проблемой. Зайдя в тупик, Витгенштейн громко называл себя дураком. Он едва ли не запрещал своим студентам профессионально заниматься философией. «Идите на завод! — говорил учитель. — Больше пользы будет». «Лучше читать детективные романы, чем философский журнал Mind», — добавлял он.

Некоторые студенты даже последовали его совету. Один из самых преданных учеников Витгенштейна, Морис Друри, бросил философский факультет и сначала помогал бездомным, а впоследствии прославился как врач-психиатр. Другой студент, Фрэнсис Скиннер, изучавший математику, к ужасу своих родителей и вовсе стал механиком.


Коммунист

В 1934 году Людвигу пришла очередная гениальная идея. Он решил уехать в Советский Союз на ПМЖ. Сын сталелитейного магната (такое часто случается) с одобрением относился к коммунистическому режиму, положительно отзывался о Ленине («Он, по крайней мере, пытался что-то сделать… Очень выразительное лицо, что-то монгольское в чертах. Неудивительно, что, несмотря на материализм, русские решили сохранить тело Ленина в вечности») и считал, что мавзолей — великолепный архитектурный проект. Что касается другого проекта, собора Василия Блаженного, то Витгенштейна восхищала история его создания. Согласно легенде, Иван Грозный приказал ослепить зодчих, чтобы они не смогли построить ничего более прекрасного. «Надеюсь, это правда», — говорил Людвиг, приводя в ужас собеседников.

Витгенштейн считал мавзолей Ленина прекрасным архитектурным проектом

Философ быстро выучил русский язык, «самый прекрасный язык, который можно воспринимать на слух». Без труда прошел собеседование в посольстве. Но и в СССР дела у Витгенштейна пошли не так, как он планировал.

Людвиг мечтал отправиться в экспедицию на Север, чтобы изучать жизнь диких народов, или стать, например, сталеваром. Но ему предложили кафедру в Казанском университете или для начала преподавать в МГУ философию (а там, глядишь, и научный коммунизм). Но еще сильнее оскорбился Витгенштейн, когда Софья Яновская, профессор математической логики, посоветовала ему побольше читать Гегеля.

Посетив за три недели Москву, Ленинград и Казань, Людвиг ни с чем вернулся в Кембридж.


Санитар

Когда началась Вторая мировая, Витгенштейн уже не мог отправиться на фронт: возраст не позволял. Тогда он устроился работать санитаром в лондонский госпиталь. Рассказывают, что и там он проявил себя настоящим философом: раздавая лекарства раненым, советовал ни в коем случае не пить эту гадость.

Когда в 1945-м наши войска подошли к Берлину, Людвиг искренне жалел Гитлера. «Только представьте, в какой ужасной ситуации находится сейчас такой человек, как Гитлер!» — говорил Людвиг.


И снова философ

Могила Людвига Витгенштейна
Могила Витгенштейна на кембриджском кладбище.

После войны Витгенштейн продолжал страдать от депрессии, попутно работая над своим вторым главным сочинением — «Философскими исследованиями». Этот труд философ завершить так и не успел. В 1951 году он скончался от рака простаты.

«Передай им, что у меня была прекрасная жизнь», — сказал он перед смертью супруге своего лечащего врача миссис Бивен. Миссис Бивен передала.


Философский камень в твой огород

Все, что нужно знать о воззрениях Витгенштейна для поддержания непринужденной беседы в кругу интеллектуалов.

Традиционная философия занимается вопросами бытия («Что было вначале: курица или археоптерикс?)», этики («Тварь я дрожащая или это все остальные такие дураки?»), метафизики («Бывают ли привидения на самом деле?») и прочих подобных вещей.

Аналитическая философия, одним из столпов которой стал Витгенштейн, считает, что все эти проблемы надуманы и возникли лишь в результате несовершенства языка, затемняющего и путающего мысль. Витгенштейна интересовало, как функционирует язык и как используются различные слова. (Почему, к примеру, мы называем зеленое — «зеленым»?)

Каждое предложение языка, по Витгенштейну, соответствует совершенно определенной картине, то есть отображает какой-либо факт («Маша ела кашу»). Но вот в чем именно состоит соответствие между предложением и фактом — не может быть выражено словами, хоть ты тресни.

«Логико-философский трактат» — труд, принесший Витгенштейну всеобщее признание, — невелик, в нем каких-то 80 страниц. В отличие от подавляющего большинства философских трудов, «Трактат» написан нормальным человеческим языком. Витгенштейн вообще считал, что любая терминология — полная ерунда. Даже очень сложные проблемы — метания человеческой души, восприятие универсума — можно обсуждать, используя самые что ни на есть обыденные слова, такие как «утюг» или «зафигачить». А если нельзя, то и говорить об этом не стоит.

Для большего удобства книга к тому же еще и разбита на пункты, как статья в глянцевом журнале или инструкция по пользованию этим миром:

1. Мир — это все, чему случается быть.
1.1. Мир есть совокупность фактов, а не вещей.
1.11. Мир определен фактами и тем, что это все факты.

И так далее.


Фото: Corbis / RPG; Hulton Getty / Fotobank.com; Getty / Fotobank.com; Gettyimages.
Комментарии
Рейтинг пользователей
  • Оратор
  • Любимчик
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик