Жизнь и удивительные приключения Даниэля Дефо

Сквайр из Лондона, отчаянный авантюрист, неутомимый бизнесмен, который умудрялся вложиться в самые сумасшедшие проекты и эпически прогореть на них, поэт, приговоренный стоять у позорного столба на городской улице, секретный агент английского правительства, благодаря усилиям которого, собственно, и появилось современное государство Великобритания...

Жизнь и удивительные приключения Даниэля Дефо

Наверняка ты не ожидал такого от унылого дядьки в женском парике, который смотрел со страниц учебника литературы и которому редко удавалось избежать самого распутного макияжа от рук юных читателей, вооруженных шариковой ручкой! Мы решили покопаться в странных, необычных приключениях, которые выпали на долю Даниэля Дефо, автора «Робинзона Крузо» и первой профессиональной журналистской проститутки, да простят нам учительницы литературы очередное покушение на классика (в конце концов, кому как не нам разбираться в сортах... журналистики).

Детство во время чумы

Жизнь и удивительные приключения Даниэля Дефо

Трудно представить себе человека, которому больше не повезло с детством, чем маленькому Даниэлю. Нет, конечно, катать саночки в блокадном Ленинграде или ждать маму с работы в бараке Освенцима — это не менее жуткие варианты. Однако нашему герою выпало сразу два джекпота: сначала, в возрасте пяти лет, эпидемия Великой чумы в Лондоне, а еще через год — грандиозный Большой пожар, который фактически сравнял город с землей.

Одно из первых воспоминаний детства (Дефо опишет его в «Дневнике чумного года») — великий исход жителей столицы, который начался после того, как эпидемия вышла из-под контроля. Болезнь пришла в Лондон еще в декабре 1665 года, когда умерли два голландских купца (за год до этого чума почти полностью опустошила Амстердам). Однако зимой из-за аномально сильных морозов инфекция распространялась очень медленно, и поначалу никто не замечал опасности*. Лишь к весне стало понятно, что город заражен.

Из портового района чума перекинулась дальше и в апреле уже достигла центра Лондона. Именно тогда началось бегство всех, кто имел возможность уехать в провинцию. Подводы тянулись днями и ночами, и те, кто вынужден был оставаться в обреченной столице, в ужасе провожали их взглядами. Видимо, именно этим и занимался пятилетний Даниэль, краем уха слушая разговоры взрослых о божьем наказании. Как раз незадолго до эпидемии над городом пролетела очень яркая комета, и люди при каждом удобном случае строили догадки о том, какие бедствия она несет. Невероятно расплодившиеся астрологи предрекали мор, ужас и разрушения. Все сбылось.

С каждым теплым днем опустевший город становился все более страшным местом. Стоны и крики о помощи раздавались на всех улицах, но никто не рисковал подходить близко к чужим домам. Зараженный дом закрывали снаружи на замок, и его обитателям оставалось только ждать верной смерти. Болезнь поражала лимфатические узлы. Твердые опухоли доставляли больным такие невыносимые мучения, что некоторые выбрасывались из окон или топились в Темзе. Часто агония наступала совершенно внезапно, прямо на улице, и тогда трупы лежали по полдня, дожидаясь «тележки смерти», которая по ночам проезжала по городу со зловещим стуком и печальными выкриками: «Выносите своих мертвецов!» Умерших сбрасывали в огромные ямы, могильщики не успевали копать их, поэтому утрамбовывали по тысяче человек в одну могилу... Так продолжалось все лето.

В начале сентября, лишь только эпидемия начала затихать, с городом случилась новая беда – Большой пожар, который полыхал несколько дней и уничтожил до 80 процентов зданий внутри городской стены. Постройки — тесно прилепленные друг к другу шаткие конструкции из дерева — горели как спичечные домики. На улице, где жило семейство Фо (частичка «де» появилась позднее, по инициативе будущего писателя, который старался выглядеть аристократичнее), осталось всего три дома. Зато сгорели все чумные блохи и грязные подвалы, где ютились крысы! Город будто сам собой очистился, и эпидемия полностью отступила. В общем, веселое детство было у Даниэля...

Когда мальчику исполнилось десять лет, мать умерла, а в четырнадцать отец-­пуританин отправил его учиться на священника.

Лихие 80-е

Однако у юного Фо были совсем другие планы на жизнь. Маленький мальчик из лондонских пригородов вырос в смуглого юношу «средней комплекции и среднего роста, шатена с карими глазами, острым крючковатым носом, заостренным подбородком и крупной родинкой около рта»*.

Даниэль жил в дофотографическую эпоху и не был большой знаменитостью при жизни. Так что единственное описание нашего героя, помимо официальных портретов, историки нашли в объявлении о розыске Дефо, которое было напечатано в разгар его карьеры оппозиционного журналиста

Он был общительным, очень легко устанавливал контакты и по поводу всего имел собственное мнение. А еще у этого юноши были большие амбиции. То, что происходило с Лондоном в те времена, невозможно было игнорировать, сидя в монастыре. Опустошенный чумой и пожаром, город отчаянно строился, расширялся, заново наполнялся людьми. За несколько лет сколачивались состояния, возводились дома в самом центре, которые впоследствии стали фамильными гнездами наследственных лордов. В воздухе пахло великими возможностями. И Даниэль решил схватить удачу за хвост. Он начал свою бизнес-деятельность с размахом — купил корабль, землю за городом и организовал виверровую ферму**.

Ну когда человек ест животных, его еще можно понять. В конце концов, я и сам не против закусить мелким млекопитающим. Однако кое-какие вещи, которые люди делают с меньшими братьями, за гранью самого дикого свинства. Вот, например, африканские зверьки циветы, или виверры, мало того, что используются человеком для... гм... создания элитного сорта кофе (кофейные зерна, по словам «знатоков», приобретают неповторимый аромат, пройдя через пищеварительный тракт цивет), так еще выделения их анальных желез активно применяют в парфюмерии! Не буду входить в подробности, но процесс добычи цибетина — зрелище, мягко говоря, не для слабонервных любителей кошечек

Однако Дефо оказался тем типом лихих коммерсантов, которых самым жестоким образом кидало по волнам коммерческих бурь в эпоху первоначального накопления капитала. Едва начав развивать одно направление, он тут же брался за другое, которое казалось более привлекательным. В «лихие 80-е» в Лондоне он торговал табаком, трикотажем, вином, шерстью, кирпичами и даже «водолазными колокольчиками для профессиональных погружений». Однако единственным коммерчески успешным проектом этой декады его жизни стала для Дефо женитьба на дочери богатого торговца, за которой он взял приданое в 3700 фунтов стерлингов (внушительное состояние по тем временам!). Увы, оно весьма быстро ушло на оплату коммерческих долгов, и 90-е наш герой встретил официальным банкротом.

Тем временем в Англии в ходе сложных политических интриг пришел к власти голландец Вильгельм III Оранский (супруг английской принцессы), и в стране началась эпоха развития и процветания. Некоторые историки называют этот момент ключевым в английской истории. Именно после этого переворота голландский флот перестал угрожать британскому, даже наоборот — принялся оказывать англичанам поддержку, что привело к тому, что Великобритания окончательно стала владычицей морей.

Июльский номер
Июльский номер

Стоит среднестатистическому россиянину один раз взглянуть на наши фотографии Анны Кастеровой — и он сразу вспоминает, что он ее преданный поклонник.

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик