Фото №1 - Почему то, что одному — лекарство, для другого если и не яд, то бесполезная пилюля
Фото
Schweiz Tourismus / Nico Schaerer

Фармакогенетика — дисциплина, изучающая то, как гены конкретного человека влияют на эффективность разных лекарств. По понятным причинам наука эта очень молодая. За ней, безусловно, будущее, но в настоящее она пробирается с трудом. Хотя бы потому, что победное и быстрое ее пришествие поставило бы на уши всю фармацевтику и всю медицину.

Веками врачи лечили людей исходя из того, что все примерно одинаковые. Конечно, у кого-то больше кудряшек, а у кого-то — пальцев, но если найти идеально правильный протокол лечения конкретной болезни, то он будет подходить и Ване, и Джону, и Мбоге, разве что с небольшими поправками на возраст, вес и пол.

Более того, с течением времени исследования разницы в реакции на лекарства людей разных рас и наций стали считаться несколько недостойными, попирающими естественное равенство людей. Доходило до трагикомедий. Так, например, массу критики вызвало сначала тестирование, а потом выпуск препарата BilDil — средства, применяемого при проблемах с сердечно-сосудистой системой и ориентированного исключительно на чернокожих. «Аптечный расизм» порицался на самых высоких трибунах, многих шокировала сама мысль, что даже сердца у людей могут быть разными. Сейчас, впрочем, мы знаем, что дело не в расе, а в генах, пусть они и связаны с нашими национальными особенностями.

Фото №2 - Почему то, что одному — лекарство, для другого если и не яд, то бесполезная пилюля
Фото
Swiss Medical Network

У человека около 27 000 генов в 46 хромосомах, и каждый из нас — полная индивидуальность в генетическом смысле. Мы хоть и наследуем гены своих родителей, родных и соплеменников, но колода каждый раз тасуется особо и иногда весьма причудливо. Именно гены отвечают за наши уникальные особенности: за наш цвет глаз, музыкальный слух, за то, будем ли мы чесаться, переев шоколада, за то, какими болезнями будем болеть и насколько эффективны будут для нас те или иные лекарства.

Да, сбор данных пока только идет. Тут требуется сбор и обработка гигантского объема информации. Но тем не менее современная фармакогенетика и сейчас может очень многое, и самые продвинутые медицинские центры уже лечат пациентов согласно их генетическим картам, в индивидуальном порядке планируя весь протокол лечения. По этому принципу, например, работает швейцарская клиника Hirslanden.

Стефан Руссман

Фармакогенетика фокусируется на влиянии наследственных факторов на действие лекарственных препаратов. Особенно важно, чтобы подобные исследования получали люди с онкологическими проблемами, так как сложнейшие (и часто чудовищно дорогие) препараты в этой области крайне зависят от наличия тех или иных генов у пациента. Но и диабетикам, сердечникам, людям с аутоиммунными заболеваниями фармакогенетические исследования могут значительно улучшить качество жизни и ее продолжительность. Даже при ожирении, депрессивных расстройствах или, скажем, возрастной деменции правильный подбор препарата может сыграть решающую роль.

Стефан Руссман

Особенно фармакогенетическое исследование желательно в следующих случаях: 

  • пациент должен принимать лекарство очень долго — месяцами, годами или пожизненно;

  • у пациента ранее случались тяжелые побочные реакции на какие-либо препараты;

  • пациенту прописан препарат, который рекомендовано использовать лишь после проведения фармакогенетического исследования, или есть информация о том, что его действенность сильно зависит от генетических факторов.

Да, пока еще в большинстве клиник мира подбор лекарственной схемы врачами осуществляется вслепую. Методом эксперимента над пациентом: «Будем смотреть динамику, будем отменять то, попробуем вот это». А мы сидим, чешемся, облезаем и ведем светские беседы с собственными галлюцинациями, дожидаясь, пока в этой медицинской лотерее и на нашу долю выпадет счастливый билет с идеально подходящими нам лекарствами и процедурами.

Но опытам над живыми людьми постепенно приходит конец, и вскоре каждый из нас будет носить в кармане (или в смартфоне) свой генетический паспорт, чтобы любой эскулап, только взглянув в него, уже знал, почему зеленку ты предпочитаешь йоду, цитрамон на тебя действует не лучше зубного порошка, зато, хлебнув скипидару, ты сразу будешь готов к подвигам.

Главред MAXIM Александр Маленков о лечении в Швейцарии