Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной

На определенном этапе развития цивилизации рабовладельческий строй можно было считать прогрессивным. Еще бы, у динозавров не было рабов, потому они и вымерли! Осталось понять, почему с годами вымерли и рабовладельцы.

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной

Ответь, пожалуйста, на нижеследующие вопросы. Хотел бы ты жить в обществе, где...

✔ У тебя всегда гарантированно будет работа.
✔ Тебе будет бесплатно выделяться жилье.
✔ Тебе будет обеспечено бесплатное и обязательное медицинское наблюдение.
✔ Ни ты, ни твои дети никогда не будете голодать, потому что продовольствие будет выделяться вам бесплатно.
✔ Тунеядцы будут наказываться.
✔ Твои дети бесплатно будут получать профессиональное образование, соответствующее их способностям.
✔ Рабочий человек будет высоко цениться.
✔ Будет строгая охрана правопорядка.
✔ Многодетность будет всячески поощряться, и все дети будут находиться под надежным присмотром, пока их родители выполняют свои профессиональные обязанности (никаких очередей в ясли и детские сады).


Если ты ответил на эти вопросы «да», то ты прекрасно себя чувствовал бы, будучи рабом, например, на виргинских плантациях.

Мы мыслим о рабстве мозгом цивилизованного человека, живущего в относительно свободной стране XXI столетия, и ничего с этим не поделаешь. По­этому мы не можем понять, каким образом тысячелетиями немалая часть человечества сидела в рабских колодках и предпринимала чрезвычайно мало усилий к тому, чтобы от этих колодок избавиться.

Но основная проблема рабства в том, что оно чрезвычайно долго удовлетворяло буквально всех участников процесса. И дело тут не только в стокгольмском синдроме, но и в том, как было устроено общество.

Рабство как приобщение к цивилизации

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Раб, добывающий воду. Египетская фреска

Самым крупным рабовладельческим обществом древности был Египет. Строго говоря, все его жители формально были рабами фараона. Но, кроме того, имелось еще множество рабов государственных и рабов личных, которые были рабами не формально, а что ни на есть реально. Почему в Египте рабство было так популярно, а в современном ему Китае — не особо? (То есть рабы там были, да и жизнь зависимых от местных властителей крестьян была весьма похожа на рабскую, но масштабы и близко не сравнить с египетскими.) Правильный ответ: потому что Нил.

Если в Китае, благословенном оазисе идеального климата и плодородия, человек мог весь год потихоньку обрабатывать свой клочок земли, обеспечивая пропитание своей семье и еще отдавая излишки ремесленникам, торговцам, чиновникам, военным, то в Египте дело обстояло иначе. Там все поля были вытянуты вдоль Нила, там требовалась мощная система ирригации, сельское хозяйство велось перио­дами и рывками: то все вместе срочно копают тысячи километров водоотводов и каналов и с бешеной скоростью вспахивают землю, а то следующие три месяца на полях делать нечего и можно строить пирамиды. Одиночка-земледелец в Египте был обречен, если не брать кое-каких удачных территорий в дельте. В общем, периодически на земле требовалась работа сразу огромного количества рук. Поэтому так эффективна была система рабства, при которой можно было в любой момент мобилизовать тысячи и тысячи человек на срочные масштабные работы.

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Римский юноша-раб, обносящий пирующих вином. Гравюра 1887 года

Почему рабы не разбегались во все стороны, когда их особо никто не охранял, а вся планета была по большому счету терра инкогнита — беги куда хочешь, строй себе там избушку и живи свободно и счастливо?

Потому что всюду их ждали голод, пустыня и неведомые ужасы, а быть рабом в Египте — в целом дело неплохое: гарантированная кормежка, льняные одежды, пиво по праздникам и никакого беспокойства о завтрашнем дне.

И, что самое важное, Египет тогда был центром мировой цивилизации. Здесь кипела жизнь, здесь были празднества и врачи, новости и моды, удобные туалеты и тонкие кушанья... Все это иногда доставалось и рабам. А некоторые рабы достигали немалых высот и жили со всевозможным комфортом: управляющие у частных хозяев, надзиратели за храмовыми рабами или вообще царедворцы и крупные чиновники.

Поменять все это на первобытную жизнь в неведомых краях, страдать попеременно от холода и зноя, от голода, насекомых и болезней и сдохнуть лет в двадцать пять от жизненных тягот? Дураков не было.

За редкими исключениями рабство всегда содержало в себе элементы культуртрегерства: люди из отсталых регионов привозились в более развитые области и знакомились с местным мироустройством.

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Рынок невольников в Константинополе. Уильям Аллен, 1838 год

Когда в 70-х годах I века до нашей эры в Риме вспыхнуло восстание Спартака, одно из самых успешных рабских восстаний в мировой истории, именно это обстоятельство и погубило бунтовщиков. Они уже взяли богатейшую добычу, разграбили множество поселений и, по свидетельству Плутарха, сам Спартак спал и видел, как бы с этим золотом бежать в глушь, в Цизальпийскую Галлию, затеряться там и жить свободно и счастливо... Но большинство его соратников вовсе не хотели бежать. Они хотели в Рим! Они хотели обратно, просто на несколько иных ролях — быть правителями и даже владеть рабами. Можно и не правителями, а просто свободными людьми, но чтобы были термы, лупанарии, тушенные в меду сони, посещение цирков, ну и деньги на все это. Жить среди бородатых дикарей, которые даже ни одной комедии Плавта не видели? Для того ли они покинули пусть опасную, но почетнейшую должность гладиаторов — с их любовницами, пирушками и славой? Да если бы я знал про Галлию, я бы лучше остался, мне до пенсии осталась пара лет, выкупился бы, сам завел гладиаторскую школу, жил бы в увитом плющом домике недалеко от одного из форумов... Галлия! Они ж там вшей едят сырыми!

Когда наши купцы привозили в Царьград собранный родными выкуп за пленников, угнанных печенегами в Византию, то сплошь и рядом сделка срывалась по причине отказа невольника возвращаться домой. Как-то так получалось, что быть сторожем или садовником на вилле в достойном семействе им нравилось больше, чем голодать и мерзнуть в землянках дома, а новые, заведенные уже здесь семьи вытесняли из памяти оставшихся на родине жен и детей.

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Гумно. А. Г. Венецианов, 1821 год

Чернокожие — рабы и свободные — в США вовсе не горели желанием возвращаться «домой». Организации, которые носились с прожектами «вернуть черных в Африку», например «Американское колонизационное общество», не находили желающих уехать. Подавляющее число дядей Томов разумно предпочитало свои кукурузные трубки, жареных куриц и, бог с ним, пусть сегрегацию, но в цивилизации — мухам, голоду и людоедам на исторической родине. (Хотя «Американскому колонизационному обществу» и удалось основать одну такую крупную колонию в Либерии.)

Но там, где цивилизационное преимущество было не на стороне рабовладельцев, ситуация кардинально отличалась. Османская империя, например, в XV–XVII веках была крупнейшим рабовладельческим государством мира, но при этом захваченные ее корсарами невольники испанского и итальянского происхождения бежали оттуда домой при первой же возможности, выкупы за них собирали массово, посольства безостановочно работали, стараясь вытребовать своим соотечественникам свободу и обеспечить безопасное возвращение.

И в то же самое время, в эпоху Ивана Грозного, славянские вольноотпущенники слали хану прошения с просьбой ни в коем случае не отправлять их обратно на их любимую родину, а дать право жительства в ханстве. (И их, положа руку на сердце, не трудно понять.)

Раб защищен

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Александр II освобождает крестьян. Густав Диттенбергер, XIX век

А. Н. Энгельгардт, ученый-химик, отправленный в 70-е годы XIX века в полудобровольную ссылку в свое родовое именьице под Смоленском, оставил нам фактически дневник, много лет описывающий жизнь русских крестьян вскоре после освобождения. Даже такой прогрессивно мыслящий человек, как Александр Николаевич, вынужден был сообщать иногда парадоксальные наблюдения: при крепостном праве мужики реже голодали и часто жили лучше, чем сейчас. «В крепостное время крестьяне сверх своей земли пользовались еще и господскими землями. Крестьянам во время работ отводились за яровым господские лужки для прокормления лошадей... в случае крайности, помещик давал корму для лошадей или помогал своими лошадьми, особенно при бороньбе и возке». Помещик давал хлеб в голод, лес — избу поставить, помещик был заинтересован в здоровье своих рабов и приросте их числа. Когда крестьянин потерял хозяина, он потерял и гарантии. Его жизнь и жизнь его семьи были только в его руках, а руки эти часто оказывались неспособными.

Конечно, в помещичьем хозяйстве обилие земли и работников понижает риски: не уродился овес, зато гречиха вымахала на загляденье; пала корова, так еще сорок телят народилось; ежели ржи в этом году не хватает, то продадим пеньку и оптом десять возов зерна купим по дешевке. А для самостоятельного мелкого хозяина любая неудача фатальна, к тому же в нашем климате неудачи дело традиционное. Страшное обнищание множества крестьян после освобождения вынудило их рвануть в города и на фабрики — искать лучшей доли. Многие по программе Столыпина повлеклись покорять Сибирь и сгинули там.

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Пять поколений рабов. Фотография XIX века

О том, что черные рабы на плантациях жили сытнее, были наряднее одеты и крепче здоровьем, чем белая нью-йоркская беднота, сказано во множестве аболиционистских текстов первой половины XIX века. Кстати, большинство аболиционистов мало волновались о бесправном положении негров. Наоборот, негров на Севере любили и понимали куда меньше, чем на Юге, аболиционисты требовали отменить рабство (и по возможности отправить чернокожих куда-нибудь с глаз долой), чтобы создать рабочие места для белой бедноты. И, главное, чтобы понизить цену на хлопок для северных фабрик, так как потому, что южные плантаторы холят, балуют и раскармливают своих рабов, американские ткани начинают проигрывать более дешевым английским тканям и индийскому хлопку!

Раб стоит дорого

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Вывоз евреев из варшавского гетто. 1941 год

Когда мы смотрим фильмы типа «Джанго освобожденного», мы считаем само собой разумеющимся, что черных рабов бесконечно бьют, истязают, калечат и убивают. Естественно, раз хозяева могут делать с рабами что угодно, почему бы и не отрубить этому рабу ногу? Между тем по ценам 1840 года здоровый раб тридцати лет стоил 1200 долларов. Корова стоила 12, приличная ездовая лошадь — около 50, небольшой, но комфортный дом в пригороде — около 1000. Теперь представь, что ты купил себе человека по цене 24 автомобилей среднего класса. Как ты думаешь, что бы ты сделал с тем, кто попытался бы этого человека помять или поцарапать?

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной

Цена раба всегда была гарантией достаточно бережного с ним обращения — гарантией, которой не было у свободных людей. В тех же Штатах ты мог бы пинать ногами детвору ирландской бедноты сколько влезет, но за шлепок, отвешенный негритенку, ты мог влететь на весьма серьезную сумму по иску его хозяина.

Поэтому самые чудовищные и садистские формы рабство принимало там, где рабы не стоили ничего. Например, еврейские рабы в германских концлагерях были совершенно бесплатными. Рабов ГУЛАГа рациональнее было быстренько израсходовать на лесоповале или на очередной великой стройке, а потом закопать, сменив на свеженьких. В современных восточных деспотиях типа полпотовской Кампучии рабы не стоили того воздуха, которым они дышали. Именно там возникали те худшие сцены рабской жизни, которые мы видим в «Джанго освобожденном».

Нет, конечно, жизнь рабов на тех же виргинских плантациях вовсе не была сахаром. Но, читая обличительные тексты Рольфа Эдберга, Говарда Зинна и прочих современных исследователей рабовладения, стоит помнить, что не сахаром она была не только у рабов.

Вот Зинн пишет о тяжелых условиях, в которых находились рабы при перевозке их в Новый Свет: «В этих условиях умирал примерно каждый третий чернокожий, перевозимый через океан, но огромные прибыли (часто вдвое превышавшие затраты на один рейс) делали это предприятие выгодным для работорговца, и поэтому трюмы, как рыбой, были набиты неграми».

Ужасно? Ужасно. Но вспомним, что, например, корабли Плимутской колонии, согласно дневнику Уильяма Брэдфорда, редко довозили до Плимута более половины своих пассажиров — совершенно свободных белых людей. Дурная пища, холод, морская болезнь, несоблюдение гигиены на небольшом судне, на котором плыло 150 человек, вынужденных мыться одной и той же водой и ее же пить, — все это приводило к таким мутациям кишечной палочки, что от дизентерии умирал каждый второй.

Да, рабов могли бить кнутом, вешать и даже жечь за проступки. Но точно так же били, жгли и вешали за куда более мелкие проступки свободных белых —с той только разницей, что белых судил не владелец, а судья, которому, отметим, каждый подсудимый вовсе не обходился в 1200 долларов.

Да, детей могли отнять у матери и продать на другие плантации, и родители могли всю жизнь не получить от своего ребенка даже весточки. Но правда в том, что черные дети разлучались с матерями обычно позже, чем дети небогатых семейств в Англии: возраст 10–11 лет считался подходящим для начала карьеры на море, на лондонских фабриках или складах, в то время как подростка-раба выгоднее было продержать еще несколько лет при себе, на несложных работах, а продавать на пике его физической кондиции — в 18–20 лет.

Как просто быть хозяином

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной
Заключенные на строительстве Беломорканала. 1933 год

Мы перечислили три причины, по которым миллионы людей соглашались быть рабами, вместо того чтобы кинуться на хозяина и вскрыть ему зубами горло. Да, это всегда была не лучшая доля, но часто она была и не худшей.

Почему же слово «рабство» вызывает такую ненависть у современного человека? (Уточним: у нормального, цивилизованного современного человека.) Сейчас, когда ты читаешь эти строки, на тебя трудятся около 800 тысяч рабов — бесправных, принуждаемых к бесплатному труду и подвергающихся физическим наказаниям за отказ от этого труда. Но тебя это совершенно не беспокоит, потому что это такие рабы, рабство которых считалось благим и естественным положением вещей еще в Древнем Риме. Это же преступники! Вот примерно так относились к рабству рабовладельцы во все времена. Это же преступники, низшая каста, проклятые Богом потомки Хама, враги нашей страны, с честью взятая добыча.

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной

Как видишь, быть рабовладельцем совсем просто и не стыдно. Хотя, надо отметить, кое-где в мире подневольный труд заключенных считается незаконным и недопустимым. Например, так считалось в средневековой Европе, пока европейцы не открыли для себя прелести каторги. А сейчас недобровольный труд заключенных запрещен, например, в Скандинавии. Чтобы человечество возненавидело рабство так, как оно ненавидит его сейчас, нужно было, во-первых, как следует поработать над сознанием людей. Нужны были тексты эпохи Просвещения, которые провозглашали рабство позором и для рабов, и для господ. (Правда, меньше всего авторы этих текстов думали о реальных рабах за океаном, а куда больше — о правах и свободах буржуа и отмене привилегий для аристократии.)

Нужно было написать великие произведения о тяжкой доле американского раба, чтобы от сочувствия к дяде Тому содрогнулся весь мир. (Интересно, что самые популярные произведения на эту тему — «Хижина» Гарриет Бичер-Стоу, «Белый раб» Ричарда Хилдрета, «Квартеронка» Майн Рида — написаны людьми, никогда в жизни на Юге не жившими и имевшими смутное представление о положении тамошних дел.)

Нужны были тонны советской литературы об ужасах крепостничества. (Ну а что, были же ужасы действительно. И пусть марсианин какой-нибудь и за десять лет исследований не понял бы, чем так уж отличалось положение крепостного при барине от положения беспаспортного колхозника при председателе, — не важно.)

Во-вторых, нужно было, чтобы человечество осознало, насколько свободный, инициативный, деятельный и отвечающий сам за себя человек выгоднее обществу, чем унылый раб, плохо и вяло ковыряющий мотыгой то, что хозяин велел ковырять.

Оно и осознало. Правда не всё. До сих пор можно встретить тексты неглупых, казалось бы, людей о том, как замечательно было бы возродить рабство. Только чтобы вместо хозяина был чиновник — представитель государства. Чтобы он решал, что тебе делать, есть, надевать, в какой цвет красить тумбочку, а взамен гарантировал, что тебе всю жизнь будет сытно, безопасно и не придется ничего самому решать.

МИФЫ О РАБСТВЕ В США

Скромное обаяние рабства: Почему жизнь в цепях раньше казалась такой простой и приятной

Чернокожий всегда был рабом, белый — господином

Первыми рабами в колониях вообще стали сервенты — белые люди, находившиеся в контрактных отношениях со своим временным хозяином. Множество сервентов были пленными ирландцами, сражавшимися против британских войск. Но и после того, как из Африки хлынул поток «черного золота», а сервентов поубавилось, рабское положение определялось не цветом кожи, а исключительно документами о праве собственности. Мулаты и квартероны нередко были белыми, как ягнята. В афишах о поиске беглых рабов мы часто можем видеть строчки типа «Волосы золотистые, глаза голубые, кожа светлая, будет выдавать себя за белого». При этом чернокожий вполне мог иметь рабов, это было разрешено законом. К 1845 году, например, в южных штатах насчитывалось минимум 3200 чернокожих рабовладельцев. Более того, самым первым стопроцентным рабовладельцем в США стал именно чернокожий. В 1654 году Энтони Джонсон получил судебное решение, что другой чернокожий, Джон Кейзер, находится у него в «пожизненном контракте».

Рабами африканцы стали, когда начались колониальные войны англичан Одним из главных предметов африканского импорта начиная со времен Древнего Египта были невольники. Рабство здесь имело широчайшее распространение многие тысячи лет, рабами становились дети рабов, военнопленные и преступники. В Средние века крупнейшим покупателем здешних рабов была Османская империя, позже — испанцы с португальцами.

Белые обращали в рабство черных жителей Африки

Хотя набеги белых корсаров (чаще всего голландцев) изредка приводили к захвату пленников и обращению их в рабство, в 99 случаях из ста европейцы просто покупали невольников у местных царьков и работорговцев. Тем более что рабы, похищенные из Африки неофициально, сразу получали свободу в колониях, если этот факт удавалось доказать.

Больше всего рабов было вывезено в США

Примерно из 12–14 миллионов рабов, вывезенных с XVI по XIX век из Африки, в США попали около 400 тысяч. Основная масса отправилась в Южную и Центральную Америки.

В США дольше всего продержалось рабство

В Бразилии рабство было отменено спустя четверть века после 1865 года, когда рабство в США объявили вне закона. А последним официальным рабовладельческим государством в мире оказалась Мавритания: там оно официально было отменено только в 1981 году. А неофициально до сих пор чернокожее население этой страны является рабами арабского населения.

ФОТО: GETTY IMAGES

Комментарии

2

Поток событий

  • «ЭФФЕКС Трибулус» от «Эвалар»: стабильная эрекция — уверенность в себе!
  • Deep Purple отметит свое 50-летие в Москве и Питере
  • Планы на лето: «Концерты без крыши» от клуба RED
Новости партнеров
Загрузка...
Июньский номер
Июньский номер

Джоанна Крупа в июньском MAXIM — ждет тебя с женой и детьми на пляже!