Барбара Брыльска:
«В Москве новогодний огонек снимают в ноябре, а в Варшаве — в конце декабря, поэтому я могла, в принципе, украсть некоторые идеи для польского телевидения. Но поляки такие поляки! Сказали, что лучше будут грустными на Новый год, чем возьмут что-то у русских!»


Филипп Киркоров:
«Помню, пригласили меня на новогодний корпоратив «Газпрома» в 2005-м. А я только с корпоратива «Роснефти». Там мы хорошо выпили, и я все свои перья забыл в гримерке. Ну, думаю, все, как выступать-то, это ж вам не фонограмму потерять... Слава богу, все обошлось. Кто-то из окружения Миллера куда-то позвонил, привезли первого попавшегося страуса, слетали в Италию за модельерами, состряпали наряд. Еще лучше, чем был...»


Алексей Панин:
«Мне всегда казалось, что на «Голубом огоньке» постоянно новые лица, но выяснилось, что просто опытные участники уже не хотят со мной сидеть, а дебютанты еще ничего не знают».


Надежда Кадышева:
«Однажды мы случайно сильно стукнулись головами с Надеждой Бабкиной и поменялись телами, но заметили это только через год, на новом «Голубом огоньке».


Максим Галкин:
«Я пропустил два новогодних огонька, потому что в списке я был как «муж Пугачевой», а охрана по привычке пускала Киркорова».


Шнур:
«Чтобы я — и на новогоднем огоньке?! Вы смеетесь! Что? Я уже был в эфире?! А сколько тогда заплатили за это? Вот видите!»

ФОТО: GETTY IMAGES