Шел 2001 год. В мире еще не было YouTube, Wii и социальных сетей, но все уже поняли, что будущее за высокими технологиями. Несмотря на то что в 2000 году лопнул пузырь доткомов*, люди все равно готовы были верить, что вот-вот появится какое-нибудь эпохальное изобретение, готовое изменить мир, а заодно и существенно поднять рынки.

Именно тогда в среде приближенных к Силиконовой долине поползли слухи о некоем сногсшибательном проекте под кодовым названием Ginger. Стив Джобс намекнул, что «это будет не менее знаковое явление, чем изобретение персонального компьютера». Основатель Amazon Джеф Безос подтвердил, что вещь готовится революционная. Этого оказалось достаточно, чтобы журналисты подняли основательную шумиху. Кто-то «очень компетентный» сообщал, что Ginger не что иное, как машина времени. Другой источник уверял, что речь идет о левитации. Третий заявил, что это будет телепортер. Тем временем разработка таинственной штуки перешла в финальную стадию, и наконец состоялась официальная презентация – в программе «Доброе утро, Америка!».

Все было подготовлено в лучших традициях Стива Джобса (их тогда, впрочем, еще не существовало, так как iPod был только в проекте). Пустая сцена, накрытое покрывалом нечто и маленький невзрачный человечек в джинсах, рабочей рубахе и трекинговых ботинках в качестве Великого изобретателя. Когда покрывало сдернули, зал был откровенно разочарован: Ginger оказался платформой с двумя колесами и торчащей из нее длинной Т-образной палкой. «Это первое самобалансирующееся электрическое средство передвижения!» – объявил изобретатель. Зал встретил его слова недоуменным молчанием. «Нет, эта штука не доставит вас на Марс и не превратит свинец в золото, как прогнозировали тут некоторые, – нарушил гробовое молчание его виновник. – Что ж, можете кого-нибудь засудить. Однако эта вещь все-таки перевернет мир!»

Как ты, возможно, догадался, проект Ginger оказался сегвеем. А невзрачного человечка звали Дин Кеймен. Этот сумасшедший изобретатель, конечно, не перевернул мир, но сделал его гораздо интереснее.

Гениальный двоечник

Фото №1 - Граф клецка, изобретатель светомузыки

Однако отправимся на добрых сорок лет назад и вернемся в детство будущего гения, который родился в 1951 году. Тут нас ждет весьма обнадеживающее открытие: Дин был двоечником. То есть в отношении гуманитарных предметов это было откровенное равнодушие, а в отношении физики и математики даже некоторый снобизм. Кеймен считал, что нет ничего интересного в том, чтобы набрать максимальные 100 баллов, в то время как получить точно 57 – это надо как следует постараться! И он скрупулезно вносил в готовую работу ошибки, чтобы в итоге на последней странице красовалось любимое число. Надо признать, Дину повезло с родителями. Отец, рисовальщик комиксов, слыша про двойки, только иронично хмыкал. А мать, сама школьная учительница, прекрасно знала, что ее любознательный мальчик, который читает в постели Галилея и Ньютона, стоит всех отличников, вместе взятых.

Тем временем двоечник стал настоящей школьной звездой, когда в четырнадцать лет, привычно возясь с проводками в подвале родительского дома, придумал, как синхронизировать мигание разноцветных лампочек с сильными долями в музыке. Так в подвале Кейменов открылась самая модная в школе дискотека со светомузыкой, на которую ходили даже старшеклассники. Причем, напомним, дело происходило в 1965 году, за добрый десяток лет до начала эпохи диско.

Впрочем, для Дина вся эта популярность была никак не целью, а всего лишь побочным эффектом. Ему нравилось возиться с электроникой, разбирать всякие механические штуки и придумывать им новое применение. Родители всегда поощряли его в этом. Например, мать со вздохом убрала из подвала стиральную машину и холодильник, чтобы организовать сыну просторную мастерскую. Кстати, она не прогадала. В 15 лет, в свое первое рабочее лето, Дин-электрик заработал столько, сколько его отец не получал и за год!

«Это будет не менее знаковое явление, чем изобретение персонального компьютера»

Мальчик начал с того, что устроился погрузчиком оборудования в Музее естествознания в Нью-Йорке. Не ахти какая интеллектуальная работа, однако она давала возможность беспрепятственного прохода во все музейные помещения, и подпольный электрик тут же ею воспользовался. Еще с весны он думал над схемой управляемого освещения в планетарии музея, где все было подсвечено довольно убого. Дин даже попытался рассказать о своей задумке музейному директору, однако тот не стал слушать никаких предложений от школьника, только ободряюще похлопал его по плечу. Однажды днем, в разгар какой-то крупной перестановки, Дин незаметно установил свою световую схему в планетарии и тут же явился к директору, чтобы сообщить ему об этом. Тот чуть не подавился, однако все-таки согласился посмотреть на «масштаб разрушений». После того как Дин привел свою подсветку в действие, последовала пятиминутная пауза. «Сколько ты хочешь за это?» – наконец спросил директор. «Две тысячи долларов!» – выпалил Дин. Его самой дерзкой мечтой была тысяча, но он знал, что по-настоящему деловые люди начинают издалека. «Хорошо… – задумчиво согласился директор. – При условии, что ты сделаешь то же самое еще в трех музеях». Пока мальчик лихорадочно пытался понять, справится ли он с таким объемом и не попросить ли накинуть хотя бы тысячу, его работодатель неожиданно заключил: «Итого восемь тысяч». Восемь тысяч долларов! Дин летел в свой подвал на крыльях успеха.

Первый миллион

Фото №2 - Граф клецка, изобретатель светомузыки

Так было положено начало мультимиллионному состоянию Кеймена, которое скопилось как будто само собой, причем без всякого воровства, кумовства, распила и прочих признаков серьезной коммерции. Впрочем, в США это происходит сплошь и рядом, если верить тамошним миллионерам. Возможно даже, они не сильно врут, если учитывать размеры госдолга страны. Однако мы отвлеклись, вернемся к частному случаю становления американского миллионера.

Что же произошло после того, как Дин получил свои первые восемь тысяч долларов? Он поступил как настоящий бизнесмен – вложил все деньги в производство и накупил всевозможных инструментов и приборов, которые с гордостью притащил к себе в подвал. Не исключено, что все это произошло потому, что в Америке 60-х вообще-то было мало интересных вещей, на которые подросток мог потратить свои деньги, тем более такой повернутый подросток, как Дин. Несмотря на оценки, он был классическим «ботаником»: никакой личной жизни и всегда одни и те же мешковатые джинсовая рубашка и штаны в качестве рабочего, повседневного и праздничного наряда (кстати, пристрастие к ним Кеймен сохранил до сих пор).

К тому же сразу после выполнения музейного контракта Кеймена буквально завалили новой работой, и у него попросту не осталось времени, чтобы тратить свои деньги. Во-первых, Дин получил нескончаемый источник заказов от организаторов разных выставок и коммерческих презентаций, которые обращались к мальчику по наводке директора музея. Во-вторых, после его дискотеки со светомузыкой все местные рок-группы выстроились в очередь на оформление своих концертов. Это приносило прямо-таки баснословные доходы по меркам пригорода Нью-Йорка, где жил наш изобретатель с родителями, и тем более по меркам обычного школьника.

Кстати, чтобы не афишировать тот факт, что он пока еще не вышел из нежного возраста, Дин предпочитал принимать все заказы по телефону, не встречаясь с клиентами. При этом счета от своего имени выставляла его мать. Все шло просто замечательно, пока не назрела насущная проблема: подвал стал маловат для обширной деятельности юного гения.

Что ж, Дин разрешил эту проблему со свойственной ему эксцентричностью. Когда родители уехали в отпуск, он нанял рабочих, которые подняли дом, расширили подвал до коммерческих размеров и снова опустили жилище Кейменов на место, так что ничего не было заметно. Родителям по приезде, как в свое время директору Музея естествознания, оставалось только развести руками и согласиться, что так, пожалуй, будет гораздо лучше.

Тем временем школа была с грехом пополам окончена, и юный изобретатель поступил в Ворчестерский политехнический институт в Массачусетсе. Сразу забежим вперед и отметим, что Дин ушел с четвертого курса, так что высшего образования у него фактически нет. Собственно, студенческая жизнь тоже прошла мимо гения, так как на первом курсе он изобрел свой первый патентованный прибор и с головой ушел в его коммерческое производство. Идею Дину подал его старший брат, который в то время учился в медицинском колледже и однажды пожаловался, что внешне здоровые диабетики вынуждены оставаться в стационаре, так как им необходимы регулярные инъекции. Младший Кеймен почесал в затылке, покопался в медицинских инструментах на столе у брата – и сконструировал автошприц – маленький переносной прибор, впрыскивающий на протяжении дня определенные дозы лекарства в кровь пациента. Несмотря на простоту, никому до Дина эта идея еще не пришла в голову, и он оформил на автошприц свой первый патент. Устройство очень быстро стало популярно в медицинских кругах, так что Кеймену вместо сидения на лекциях и алкогольных состязаний с сокурсниками пришлось в спешном порядке изучать основы менеджмента и налаживать массовое производство автошприцев.

Фото №3 - Граф клецка, изобретатель светомузыки

Тем временем Дин-изобретатель тоже не сидел сложа руки. Один за другим он сконструировал несколько медицинских приборов и запатентовал их. Эти изобретения не были каким-то грандиозным прорывом, скорее – компиляцией уже существовавших технологий, однако они в значительной степени упрощали жизнь обычных больных, за что те всегда были готовы платить.

Дин оказался на редкость талантливым коммерсантом: едва популярность его устройств достигла национального уровня и стала всерьез интересовать крупных игроков на рынке, как он продал патенты большой фармацевтической корпорации за 30 миллионов долларов и вышел из игры.

Богатый и свободный

В 31 год Дин Кеймен оказался мультимиллионером и впервые в жизни решил попробовать тратить свои деньги. Для начала он купил себе просторный дом в Нью-Хемпшире. Почему там, а не в Калифорнии, например? Просто однажды Кеймен увидел нью-хемпширский автомобильный номер, на котором было написано «Живи свободным или умри», и решил, что этот лозунг ему подходит. Потом он приобрел автомобиль «Порше» и вертолет, на котором немедленно научился летать, как мечтал в детстве (кстати, по ходу дела Дин придумал несколько вертолетных усовершенствований, которые тут же запатентовал).

На всю эту красоту начали подтягиваться лучшие нью-хемпширские девушки, заинтригованные отшельническим имиджем мистера Кеймена. Дин с удовольствием приглашал их в гости и некоторое время даже фигурировал в списках местных ловеласов (в частности, в его любовницах значилась «Мисс Нью-Хемпшир»), а когда сбрил бороду, это стало темой передовицы в местной газете. Кстати, сам Дин не прочел в жизни ни одной газеты и славился удивительной наивностью в отношении знаменитостей. Однажды на приеме в Белом доме, посвященном здравоохранению, он перепутал Барбру Стрейзанд с экспертом в области медицины и долго возмущался, что «эта претенциозная дама ничего не понимает».Тем временем Кеймен быстро наигрался в плейбоя, завел постоянную любовницу (бывшую официантку), купил небольшой остров Северная Клецка у побережья Коннектикута и основал там… независимое королевство.

Собственно, не то чтобы Дин настаивал на отделении от США – можно сказать, его к этому вынудили местные чиновники. Дело в том, что на острове был маяк, к которому шел электрический кабель. Однако после продажи Клецки Кеймену маяк перестал функционировать, и чиновники обрезали провода. «Нет проблем!» – отреагировал на это Дин и решил, что на его острове будет автономное и абсолютно «зеленое» электроснабжение. Однако, как только он установил ветряк, те же самые чиновники принялись грозить ему судом за «изменение облика исторических построек». Тут Кеймен не вытерпел и объявил о преобразовании Северной Клецки в независимое королевство, «свободное от любых форм бюрократизма». Поскольку в свое время он был представлен Бушу-старшему как крупный фармацевтический промышленник и даже завел с президентом дружеские отношения, Кеймен встретился с ним в неформальной обстановке и подписал «пакт о ненападении на Северную Клецку». Себя он стал именовать графом Клецкой, сочинил гимн и назначил одного из своих друзей министром мороженого, в котором хранился весь валютный запас нового государства. Мороженое вообще было единственной едой, к которой Кеймен, «не завтракавший более тридцати лет и не приготовивший в жизни ни одного блюда», был неравнодушен. «Покуда вертится наш ветряк и работают холодильники, – объявил граф, – наша валюта тверда как скала!»

Фото №4 - Граф клецка, изобретатель светомузыки

Однако история с чиновниками не закончилась так просто. Несмотря на «пакт о ненападении», вскоре к Северной Клецке причалила лодка, на которой находилась делегация инспекторов с материка. Они хотели видеть ветряк. «Нет проблем! – объявил им граф. – Однако для начала вам необходимо заполнить анкеты и получить визы». Тут Кеймен раздал чиновникам опросные листы, в которых помимо отпечатка пальца необходимо было оставить отпечаток задницы. История Северной Клецки целомудренно умалчивает о том, согласились ли чиновники официально получить визы или просто нелегально потоптались на границе. Однако вскоре их делегация отбыла, и с тех пор на остров, как и записано в его конституции, не ступала нога ни одного бюрократа.

Возвращение в лабораторию

Фото №5 - Граф клецка, изобретатель светомузыки

Дин не протянул и года в роли безработного миллионера и в 1982 году организовал научно-исследовательскую компанию DEKA, в которую набрал самых сумасшедших инженеров из тех, что ему приходилось встречать. Вместе они принялись работать над медицинским суперпроектом – инвалидным креслом, которое должно было с легкостью подниматься по ступенькам и ездить по пересеченной местности. Постепенно они поняли, что это будет не кресло, а настоящий робот с внутренней системой гироскопов, по сложности сравнимой с принципом балансировки человека. Даже такому экономному миллионеру, как Кеймен, в одиночку было не потянуть настолько масштабный проект. Существует забавная история о том, как Дин и его сумасшедшая команда собрали спонсоров в резиденции Кеймена и выкатили перед ними прототип инвалидной платформы, на которой сидел один из инженеров. Всех очень впечатлило увиденное, и контракт был подписан, после чего бизнесмены прошли в сад на коктейль. В тот момент, когда вся компания взяла по бокалу и расположилась на лужайке для неформальной беседы, мимо неожиданно прогарцевало инновационное инвалидное кресло с отчаянно вцепившимся в него инженером.

Платформа, которую после презентации пытались загнать в гараж, потеряла управление, что на той стадии разработки с ней частенько случалось, и со всего маху врезалась в огромную стеклянную дверь. Это был феерический финал! Однако Кеймен и команда все-таки получили деньги на разработку. Больше десяти лет потребовалось, чтобы довести проект до конца. В процессе работы над креслом система электронной балансировки отпочковалась в отдельное направление и превратилась в segway. Еще до официальной презентации многие друзья из Силиконовой долины соглашались с Кейменом, что эта штука станет следующим звеном в эволюции автомобиля, и советовали держать все чертежи в строгом секрете. Дин видел футуристические города, заполненные экологически чистыми сегвеями, он предполагал миллиардные рынки, но... Человечество оказалось не готово к зеленой революции.

Автомобильное лобби отчаянно боролось за свои позиции, и в настоящий момент использование сегвея запрещено практически во всех пешеходных и велосипедных зонах больших городов, в то время как на больших дорогах максималка в 20 км/ч, конечно, не позволяет воспринимать самодвижущуюся платформу всерьез. Сегвей остался забавной игрушкой – впрочем, одной из самых знаковых игрушек XXI века. Дин понял это раньше многих и успел, по своему обыкновению, выгодно продать патент.

В настоящий момент Кеймен выпускает дешевый мобильный водоочиститель, который может работать на любом топливе, включая, к примеру, коровий навоз. Также в портфеле его проектов значится натуралистический протез «рука Люка Скайуокера» (заказчик – Министерство нестандартных военных изобретений DARPA), ежегодные гонки роботов, сконструированных детьми (Международный конкурс FIRST), инновационный двигатель внешнего сгорания и несколько засекреченных разработок. Кто знает, может, среди этих секретов все-таки фигурирует машина времени, левитирующий автомобиль или телепортер?

Текст Катя Чекушина

Фото Rex Features