Вместе с Институтом развития интернета мы запустили специальный проект, в котором исследователи, преподаватели, редакторы и блогеры разбираются, как изменился русский язык за последние пару десятилетий и что ждет его в будущем.

Специально для MAXIM филолог Ирина Фуфаева провела экскурс в историю феминитивов.

Ирина Фуфаева
Ирина Фуфаева

Научный сотрудник РГГУ и НИУ ВШЭ, автор книги «Как называются женщины. Феминитивы: история, устройство, конкуренция», финалист премии «Просветитель»

Как феминитивы становятся новой нормой (и становятся ли)

Феминитивы стали неотъемлемой частью повседневной коммуникации для многих из нас. Мы используем их и в устной речи, и в переписке в Сети. В дополнение к интервью записали подкаст с Ириной Фуфаевой, который так и называется: «Как феминитивы становятся нормой». Чтобы послушать — кликайте на кнопку плеера. А остальные материалы проекта читайте по ссылке.

Когда и почему в русском языке возникли феминитивы? 

Феминитивы, или специальные образования в русском языке с показателем женскости, были всегда. Они существовали еще в древнерусском языке в X–XVII веках, а до этого — в общеславянском языке, предке всех славянских языков. Суффиксы, образующие феминитивы, частично отличались от тех, что мы встречаем сегодня: некоторые суффиксы появились позже, другие, наоборот, исчезли из речи.

В словаре древнерусского языка мы увидим, например, слово «левкасчица» (от «левкасчик» — работник, покрывающий доску для икон левкасом, грунтом), а также пары слов «продавец — продавица», «перчаточник — перчаточница», «казначей — казначея» и т.д. Феминитивы отражали занятия женщин того времени. Другого способа назвать женщину, кроме как феминитивом, просто не существовало. 

Таким образом, суффиксы, образующие феминитивы в русском, — это, например, –к(а), –ниц(а)? 

Наверное, самые распространенные суффиксы феминитивов в русском языке — это –ниц(а), чиц(а), щиц(а). Эти суффиксы есть в старых словах «гороховница», «пирожница», «начальница» или, если говорить про речь сегодня, «пиарщица», «физкультурница», «анимешница». Суффикс к(а) начал активно использоваться в послепетровской России: при Петре I в язык попало много заимствованных слов: званий, названий профессий, часть их оканчивалась на суффикс –ист, от него феминитивы стали образовываться с –к(а).

Например, «арфистка». Суффиксы –ист и –к(а) можно часто встретить в современных феминитивах, таких как «программистка», «операционистка», «бровистка». Суффикс –е(я) сегодня неактивен, но он встречается в старых обозначениях: «ворожея», «швея», «жнея». 

Можно ли говорить о том, что ситуация с использованием феминитивов в русской речи уникальна? Например, в английском языке форма слова не сообщает нам о предполагаемой гендерной принадлежности субъекта/объекта… 

В английском языке суффиксальные феминитивы есть, но совсем в небольшом количестве. Русское слово «стюардесса», например, произошло от английского stewardess от steward, есть actress, princess, даже dudess (в пер. с английского — «чувиха»). Однако в английском языке использование феминитивов стало считаться непрогрессивным, и на смену им пришли гендерно-нейтральные обозначения. 

Если взять немецкий язык, то там популярен суффикс in. Раньше по понятным причинам он указывал на то, что носительница статуса — чья-то жена. Например, die Doktorin — это жена врача. Подобное обозначение в немецком существовало даже в XX веке, когда обращение к женщине в зависимости от рода деятельности ее мужа уже считалось архаизмом в других европейских странах.

То, что в немецком слова женского рода (особенно когда мы говорим о профессиях) ставятся перед словами мужского рода, — это, скорее, момент политкорректности: присвоение идеологического компонента языковым средствам, которые сами по себе нейтральны. 

Существуют ли какие-то нормы «феминизации» терминов, которые долго и счастливо употреблялись в русском языке в мужском роде? Например, как выбрать между «капитанка» и «капитанша»? 

Конкуренция, безусловно, есть. Не только среди феминитивов: суффиксы в принципе конкурировали между собой в истории русского языка. Например, что касается уменьшительно-ласкательных суффиксов, вместо «роток» мы сегодня говорим «ротик». А вот в случае с «годок — годик» и «зубок — зубик» мы выберем форму, наиболее соответствующую контексту и тону сказанного. 

Образование феминитивов — это привычка, которая формируется в процессе освоения языка, языковой практики, а не методическая работа со словарем. 

Словообразовательные правила, конечно, есть (они также действуют в случае с суффиксами других слов, нефеминитивов). Иногда очевидно, какую форму слова выбрать, это происходит автоматически: например, в словах «начальница», «пиарщица», «логистка» — мужской и женский суффиксы жестко связаны друг с другом. Но когда слово заканчивается на корень, как в случае с «пешеходом» и «языковедом», закономерно возникают сложности с образованием феминитива. Чего не скажешь про слова с негативной коннотацией, такие как злодей(ка), людоед(ка) — здесь феминитивы весьма легко образуются сами собой. 

Подытоживая, можно вывести следующую формулу: если образование феминитива происходит легко и не вызывает вопросов, это и есть верная форма слова; когда возникают сомнения, стоит открыть словарь. Помимо официальной лексики вы там найдете и разговорные (но при этом литературные) слова. 

Кстати, есть электронная база текстов «Национальный корпус русского языка». Там найдется ряд примеров разговорного употребления слова «капитанша» в ХХ веке — как названия женщины в должности капитана. А вот «капитанка» — это фуражка, головной убор капитана.

Как феминитивы становятся новой нормой (и становятся ли)

 

Почему форма слова «стюардесса» не вызывает вопросов у большинства населения, а вот «редакторка журнала» многим режет слух (у меня даже в документе Word подчеркивание в этом месте)? Женщины как работали, так и работают в издательском деле, равно как и на борту воздушного судна. 

Прежде всего, слова «редакторка» и «стюардесса» имеют разные суффиксы. Слово «стюардесса» прекрасно прижилось в русском языке, хотя это и не официальный термин: оно вытеснило название профессии «бортпроводница». Что касается «редакторки», то в XIX веке в обиход вошло слово «редакторша». Была и другая форма, заимствованная из французского, — «редактриса». Возможно, «редактриса» сегодня вызовет меньше раздражения, чем «редакторка».

Дело в том, что слова «кураторка», «блогерка», «авторка», «редакторка» и им подобные нарушили практику словообразования, а именно: заимствованные слова с безударными суффиксами –ор, ер в русском не заканчиваются суффиксом -к(а). Еще в древнерусском языке существовало слово «мастерица», но никак не «мастерка».

Другое дело — названия неодушевленных предметов, такие как «докторка» (в сленге работников торговли — «докторская колбаса»), «кондитерка», «гримерка» — здесь нет препятствия к использованию суффикса –к(а).

Поэтому к названиям профессий типа «редакторка» носители русского языка не привыкли. К слову сказать, некоторые официально закрепленные феминитивы вызывают не меньше недоумения: например, обозначений «самарка» и «красноярка» сами жительницы этих городов избегают. А вот «омичка», «костромичка» и «одесситка» всеми охотно употребляются. 

Феминитивы и феминизм как движение — какая здесь корреляция? Если я отказываюсь использовать феминитивы в речи, значит, мне чужды принципы феминизма? Так ли это? 

Нет, конечно. Как мы говорили выше, присвоение словам идеологической нагрузки всегда условно. Феминитивы можно назвать групповым явлением, определенным маркером тенденций и взглядов, но не более того. В том смысле, что употребление феминитивов в речи демонстрирует приверженность говорящего идеям феминизма, но отказ от употребления феминитивов сам по себе не доказывает обратного.

Однако я вижу еще один грамматический повод использовать феминитивы — вопрос согласованных определений и их склонения по падежам. Если словосочетание «наша врач» звучит еще не так плохо, то «опытная руководитель» уже режет слух. Еще хуже обстоят дела с окончаниями в косвенных падежах: «опытной руководителю» в дательном падеже никак не скажешь, приходится вводить феминитив «руководительница».

На месте «руководительницы» может быть «программистка», «адвокатесса» или даже «научная сотрудница» — видела и такое употребление в СМИ. Вообще «научный сотрудник», как и «ученый», — это название должности, но и оно сегодня примеряет на себя форму феминитива. 

Как феминитивы становятся новой нормой (и становятся ли)

Когда феминитивы станут нормой речи (то есть начнут употребляться повсеместно)? Какое будущее вы видите для этого феномена в России? 

Я думаю, что феминитивы — особенно те, что построены по ядерной модели словообразования, с «правильным» суффиксом, — имеют все шансы стать языковой нормой. Хотя здесь не все однозначно.

Приведу в пример недавний случай из жизни. Читательница моей книги «Как называются женщины. Феминитивы: история, устройство, конкуренция» предложила использовать слово «авторка» своим ученицам, на что ей удивленно ответили: «Вы шутите? Такого слова не существует». То есть нам может казаться, что некое слово уже стало привычным (например, «режиссерка»), когда для других людей это совсем не так.

Но помимо идеологической составляющей есть еще соображения удобства. «Разработчица» и «докладчица» произносить легко — почему бы этим формам не занять свое место в языке? 

Феминитивы стали неотъемлемой частью повседневной коммуникации для многих из нас. Мы используем феминитивы как в устной речи, так и в переписке, которая все чаще происходит на просторах Сети. Впрочем, сетевое общение, которое объединяет сегодня людей разных поколений, живущих в любой точке земного шара, включает в себя много интересных феноменов: например, интернет-сленг, мемы, англицизмы.

Чтобы узнать больше об этих и других явлениях, переходите по ссылке. В серии материалов совместно с Институтом развития интернета наши эксперты подробно разбирают процессы, происходящие с русским языком сегодня. 

Фото: Shutterstock/Fotodom.ru