Марк Уолберг: «Альтернативы не было — только выкинуть уже готовый фильм в помойку»

Исполнитель главной роли в фильме «Все деньги мира» ответил нам на щекотливые вопросы о Кевине Спейси и деньгах. И на менее щекотливые: о диете и режиме.

Марк Уолберг: «Альтернативы не было — только выкинуть уже готовый фильм в помойку»
Как вышло, что тебе в последний момент пришлось заново переигрывать в половине сцен фильма после того, как оттуда вырезали Кевина Спейси?

Это все очень неожиданно получилось. Мне позвонил Ридли Скотт и рассказал о своем решении убирать Спейси. Там получалось примерно двадцать сцен, где мы с ним в одном кадре, и их надо было срочно переделывать. Ничего подобного в истории кино еще не случалось. Но у нас в общем-то альтернативы не было — только выкинуть уже готовый фильм в помойку. Мне, конечно, сложновато было: на тот момент очень много и личных, и профессиональных дел накопилось. Но что поделаешь, пришлось отменить семейное празднование Дня благодарения.

Тебе же пришлось набрать десять килограммов для этих досъемок за очень короткое время. Расскажешь, как это получилось?

Ну, набирать — не сгонять! У меня все очень быстро и хорошо получилось: я поехал в Рим, ел и пил там, потом опять ел и пил и в промежутках ел и пил. Зато сразу следом у меня съемки у режиссера Питера Берга, которому мой герой нужен худой и накачанный. Тут пришлось, конечно, немного сложнее.

Теперь самое интересное: а как ты за месяц обратно похудел и накачался?

Да я тут ничего нового не скажу: надо правильно есть, много двигаться и соблюдать режим дня. Я встаю, например, каждый день в два часа ночи, а ложусь часов в шесть, в полшестого вечера. Это очень здоровый режим, потом весь день бодрый и эффективный бегаешь. У меня, правда, дети поначалу пугались, когда я в полтретьего утра уже на беговую дорожку залезал. Говорят: «Пап, ты чего не спишь?» А я им: «Нет, это вы почему не спите?!» Ну, в общем, я очень втянулся в этот режим. По ночам работать лучше всего, я же много сценариев читаю, пометки делаю. Сценарий, над которым в данный момент работаю, всегда читаю вслух минимум четыре раза в день.

Зачем?

Чтобы всегда быть готовым. Съемки – дело непредсказуемое: то погода поменяется, то график слетит... Например, завтрашний монолог может перенестись на следующий месяц. Я к таким вещам всегда готов. Слушай, это моя работа, а не какое-то там огромное достижение. Все актеры должны поступать так. Ты не представляешь, как часто на площадку приходят высокооплачиваемые артисты и двух слов связать не могут, не подглядывая в распечатку.

То есть ты не только для Ридли Скотта стараешься?

Да нет, говорю же, это моя работа. Но Ридли, конечно, особенный. Он просто, знаешь, пришел ко мне в гостиничный номер (без приглашения, добавлю) и сказал: «Кино надо переделывать». Причем у него все уже было готово: как только я согласился, мы поехали на студию, он меня познакомил с Кристофером Пламмером, новым исполнителем главной роли, и включил камеры. Ридли в этом смысле уникальный: у него весь фильм уже готов в голове. Он никогда не делает больше двух дублей, представляешь? Это огромная редкость среди режиссеров.

Как бы ты прокомментировал всю ситуацию с Кевином Спейси, его поспешным камин-­аутом и обвинениями в педофилии?

Давай скажем так: мы все в определенные моменты жизни творим вещи, за которые нам потом бывает стыдно. Это не только в Голливуде, это везде так, во всем мире. Некоторые из нас извлекают из этого уроки, меняются и становятся лучше. Некоторые — нет.

Ты был знаком с историей Джона Пола Гетти, о которой рассказывается в фильме?

Честно говоря, не особо. Я ее на ходу для себя открывал – скажем так, прямо из сценария.

И что ты думаешь по поводу его отношения к деньгам? «Вам нужны деньги — вот вы сами их и заработайте»?

Ну, я не так жестко к этому отношусь, как он. И, не дай бог, в ситуации с похищением повел бы себя совершенно иначе. Но, знаешь, я себя иногда ловлю на мысли, что если бы каждый раз, когда у меня просят денег, я их давал, то мне нечем было бы платить за учебу моих детей, за крышу над головой и за еду. Но у Гетти там другое: он потратил сотни миллионов долларов на произведения искусства. И когда мой герой, его ближайший советник, просит его заплатить выкуп за похищенного племянника, а Гетти отказывается — такого я не понимаю. Это дикость какая-то.

Комментарии

1