Иван Ургант

К ответу!

Похоже, этого парня можно назвать самым остроумным телеведущим нашего времени. Он еще очень молод, его все любят, у него дома даже есть ударная установка!

Ты тоже ему ни капельки не завидуешь?

Ты когда-нибудь считал, сколько стоит одна шутка от Ивана Урганта?
Четыре часа шуток, пять – их стоимость мне проще считать, чем одной. Хотя некоторые подходят и говорят: «Иван, мы знаем, вы ведете мероприятия. Нет ли сейчас возможности за три доллара услышать две шутки?» Я никогда не соглашаюсь на это. Если только старенькую. Дело в том, что у меня иногда бывает сейл, когда я устаревшие, известные, уже пошученные отдаю задешево.

Ты, наверное, как полагается, очень мрачный человек в жизни?
Я не могу причислить себя к тем людям, про которых говорят: «Ну конечно, знаем! Так-то он веселый, а на самом деле...» У меня очень веселая семья, очень веселые близкие, даже чересчур веселые, друзья тоже. Мы все очень любим пошутить да посмеяться.

Ну, тебе и годочков-то еще пока… Поговорим лет через двадцать. Ты такой всеобщий любимец, а есть что-то, в чем тебе не позавидуешь? Кроме того, что ты карлик – просто выезжаешь за счет каблуков.
Ты забыл про мой цвет кожи. Я карлик-негр. В других странах люди хотя бы с половиной этих качеств занимают высокие государственные должности, но мне тяжело. Уходит колоссальное количество времени на камуфляж.

Вань, а у тебя есть комплексы? Так, по-честному, по-мужски?
Есть, конечно. И речь идет, как я понимаю, не о комплексах упражнений йоги, которые я делаю каждое утро. Комплексы – это такие страхи, уже зачерствевшие. Я боюсь, что вдруг раз! – и все закончится. У тебя нет такого? Ты не боишься, что у меня все закончится? Страх, что пропадет то прекрасное ощущение, то дело, которое у тебя получается, и это доставляет удовольствие некоторым людям помимо тебя. Самое страшное – что люди потеряют от этого радость. Есть еще более страшный вариант, когда все потеряют, а у тебя, наоборот, она усилится. Во всяком случае, есть примеры, когда человек, упиваясь и наслаждаясь собственным творчеством, не доставляет никому удовольствия, кроме самого себя. Этого я, конечно, опасаюсь. А еще комплексы, касающиеся… я ведь так есть люблю! А потом думаешь – вот вый­дешь ты на пляж, а все скажут: «У-у-у, да ну его». «Отойди отсюда», – скажут. И в такие моменты я сразу начинаю искать телефон, чтобы записаться в фитнес-клуб. И даже минут десять этих поисков как-то успокаивают.

В «Прожекторперисхилтон», самой смешной передаче нашего телевидения, бывает, что и несмешные шутки порой проскакивают. А вы над ними долго сме­етесь, хотя явно понимаете, что не смешно. Не стыдно в эти моменты?
Я никогда не смеюсь, когда мне не смешно. А остальные – идиоты. Что я могу с ними сделать?

А за деньги?
За деньги – с удовольствием. Это меняет все в корне. Меняет приоритеты, юмористические в том числе. Выходят совершенно другие вещи на первый план. Такие, как доб­лесть, честь, совесть. Но внутри программы «Прожекторперисхилтон», несмотря на то что мы получаем деньги за эту программу, мы честны. В жизни бывают моменты, когда ты смеешься из уважения...

На похоронах обычно...
Вспомни себя на приеме у Шкулева. Сколько раз мы слышали твой заливистый хохот из кабинета!

Я и жонглирую в эти моменты!
Но когда никакого уважения к людям не испытываешь, как в ситуации с ведущими «Прожекторперисхилтон», тут, если смешно, смеемся, если нет – то нет.

А кто для тебя идеал в жанре юмора?
Ну, таких людей много. Я не могу назвать идеал, но у меня есть пример. Пример моего папы. Есть пример моего дедушки. Есть ныне живущие замечательные люди, такие как Александр Анатольевич Ширвиндт. Я обожаю людей, которые умеют шутить с серьезным лицом. Из классиков – Вуди Аллен. Гоголь. Безусловно, Жванецкий. Довлатов – трижды безусловно. Это мой кумир. Я довлатоман.

Может, ты сам испытываешь тягу к писательству?
Надо писать тогда, когда ты не можешь не писать. Вот я совершенно спокойно могу не писать, если мы говорим о попытке претендовать на литературу. Писать песенки и шутки – немножко другое. Я слишком люблю литературу. Надо иметь талант или быть абсолютно уверенным, что он у тебя есть. Вот именно поэтому я и не пишу. По этой же причине я не преподаю, хотя поступают предложения проводить мастер-классы. Я отвечаю жестким, категорическим: «Перезвоните мне в четверг, может быть, если будет время, сейчас, к сожалению, не могу говорить, заправляю машину».

Когда ты в последний раз был в метро?
Если от меня не пахнет метрополитеном, это не значит, что я там не был очень давно. Год назад организаторы по ошибке пригласили меня в другой зал, а мероприятие начиналось через полчаса совершенно в другом месте. И я рванул. Мы все недолюбливаем метро из-за некоторых сопутствующих моментов, связанных с запахами, со спящими людьми. Хотя кто не спал? Я спал, причем не внутри метро, а снаружи, потому что метро еще не открылось. И спал на теплых дверях... Вот я сел в последний вагон и углубился в несуществующую книгу. Главное – заставить самого себя поверить, что она есть. Я вспомнил фильм «Люди Икс» и человека, который мог принимать форму окружающих предметов, и старался максимально раствориться. Связано это не с тем, что «ах, лишь бы меня не узнали, ведь еду здесь я, с небосвода упавшая звезда», а с тем, что обычно узнавание сопровождается моментальным переходом на «ты». А я не люб­лю, когда незнакомый человек мне говорит «ты». А если в руке недопитая бутылка пивка и еще крик: «Санек, посмотри сюда!..» Но я сам находился в подобной ситуации, когда был на Олимпиаде и увидел своего кумира, игрока Dream team 1992 года Клайда Дрекслера. И я ничего не мог с собой сделать. Я заплетающимся языком выговорил его имя, что не так просто оказалось, и сказал: «Мистер Дрекслер, здравствуйте!» И он протянул мне свою большую смуглую ладонь, и мне было так приятно!

А как ты откосил от армии?
Выяснилось, что я по состоянию здоровья не очень прохожу. И дело не в том, что я карлик. Я очень хотел служить! Еще мне не исполнилось восемнадцати, а я каждое утро просыпался и спрашивал: «Мама, когда же мне исполнится восемнадцать? Мамочка, скорей бы мне служить, скорей бы в армию! Собери мне вещи». Мама говорит: «Тебе просто в армию или в нашу конкретно, российскую?» – «Именно в нашу. Я хочу какой-нибудь дедовщины! Мам, ударь меня чем-нибудь!» Но судьба отвела меня от этого. Это было такое опустошение внутреннее… Я прихожу на первый медосмотр, и мне говорят: «А вам не надо служить, через месяц приходите и забирайте военный билет». И у меня даже ружье деревянное в руке опустилось, буденовку снял и лошадку уронил, на которой приехал и которую собирался тоже взять с собой служить, потому что хотел служить в конных войсках. И я говорю: «Нет?» – «Нет. Протез надевайте и идите».

Ты такой небритый все время! Почему? Ты хочешь выглядеть взрослее?
Я очень не люблю бриться. Я раньше выбривал себе эспаньолки разные, лет в восемнадцать-девятнадцать, у меня были длинные бакенбарды такие – в общем, я всячески напоминал Росомаху из «Люди Икс». Образ моего бритого лица я называю «поповский сынок» почему-то. Поэтому я такую легкую небритость сохраняю. Мне нравятся несколько вещей, которые не могу себе часто позволить, а именно: не брить бороду и бриться наголо. Я давно этого не делал, но раньше в каждый Новый год, первого января, я сбривал волосы на голове. Это фантастическое ощущение!

Самое экстравагантное проявление женского обожания, которое ты испытывал?
Меня удивила моя жена, которая подарила мне на день рождения барабанную установку. Просто я был единственным человеком, который знал, что мне очень нужна барабанная установка. И это меня повергло в какое-то исступление. Когда через день рождения жена подарила мне бас-гитару, это тоже удивило. Но барабанная установка… Я не думал, что есть на свете человек, который подарит мне на день рождения барабанную установку, и, более того, этот человек окажется женщиной.

Ты был самым смешным мальчиком в классе?
Я был из тех мальчиков, которым казалось, что они очень смешные. Однажды я что-то такое брякнул на уроке биологии, и учительница разбила об мою спину и голову портрет какого-то очень известного биолога в стекле. То ли Вавилов, то ли кто-то. Это произвело впечатление! Это было не столько больно, сколько необычно как-то. Пожалуй, так близко к биологии я не подходил ни до, ни после.

А можно ли научиться шутить?
Я считаю, что ставить себе такую задачу и откликаться на объявления «Курсы юмора и шутки в 204-й комнате, спросите Александра Цекало» не нужно. Нужно читать, смотреть кино, узнавать... И это работает. Тренировать память.

Ты бы согласился выступать на съезде «Единой России»?
Странно выступать на съезде «Единой России», не являясь ее членом. Дело в том, что я человек далекий от политики. Вступая в любую партию, ты должен испытывать непреодолимое желание это сделать и не мыслить существования без этой партии. Как с писательством. В ином случае это называется конъюнктура. Заведомая ложь самому себе и окружающим. Или у этих поступков есть иные причины.

А есть такие мероприятия, которые ты из принципа не согласился бы вести?
Конечно. Например, праздничный концерт, посвященный дню рождения Гитлера.

Так это не ты был, что ли? Цекало, наверное...
Праздничные концерты и народные гулянья по этому поводу, которые стали уже доброй традицией в некоторых регионах нашей страны. Мне кажется, список этих мероприятий понятен интеллигентным, здравомыслящим людям. И перечислять эти акции – воровать время у ваших читателей, которые могли бы уже несколько минут наслаждаться фотографиями обнаженной Анны Старшенбаум.

Ты стал отцом. Ощущение отцовства совпало с твоими ожиданиями?
Я давно хотел стать отцом. Это очень значимое событие, и степень его значимости мне предстоит еще оценить.

Тебе тридцать один сейчас. Что ты понял к этому возрасту, чего не понимал в двадцать один?
За эти годы произошел селекционный отбор в плане знакомств и друзей, этот круг определился, в него добавляются люди. Прошел период, когда я был самым младшим в компании. Пришел период, когда я могу сказать, что некоторым моим друзьям исполнится пятьдесят лет, и это кажется мне сногсшибательно и дико. Стало меньше свободного времени. И еще одно печальное открытие, с которым ты сталкиваешься: скорость жизни стремительно увеличивается. Страшно это понимать. И все говорит о том, что нужно находить время, чтобы играть на ударной установке, которую мне подарила жена!

Хит-лист героя
Любимый писатель: Сергей Довлатов
Любимый фильм: «Трудности перевода»
Любимая группа: Coldplay
Любимая еда: бесплатная
Любимый инструмент: гитара
Любимый город: Санкт-Петербург
Любимый актер: Филип Сеймур Хоффман

Интервью: Александр МАЛЕНКОВ
Фото: Юрий КОЛЬЦОВ
Июнь 2009