Дэвид Духовны

К ответу!

Даже те, кто не верит в инопланетян и привидения, верят в то, что спецслужбы охотятся и на тех и на других. О героизме охотников за привидениями лучше всех расскажет агент Малдер.

Безграмотные американцы называют его Дучовны, но на самом деле агент Малдер – самый что ни на есть духовный. Накануне выхода в прокат второй киносерии «Секретных материалов» мы обсудили с Малдером его непростые отношения с агентом Скалли и поговорили про загробную жизнь. Некоторые вопросы подозрительно напоминали наше прошлое интервью с Харрисоном Фордом. Вот этот, например.

Странно было после столь долгого перерыва снова лезть в шкуру агента Малдера?
Ну да, поначалу было трудновато. Я очень переживал на тему своего нынешнего соответст­вия тому Малдеру, которого все помнят и любят. В итоге решил, что пусть это будет помудревший Малдер. В начале сериала он был юн и неопытен и искренне верил, что ему под силу разгадать все тайны мироздания. Но после девяти лет сражения с демонами Малдер проиграл все свои битвы и очень изменился внешне и внутренне. Именно эти изменения я и стремился показать в новом фильме.


Неужели Малдер превратился в циника? Так мы растеряем последние крохи веры в человечество, товарищ Духовны.
Без паники! Малдер остался чистокровным героем. Его героизм заключается в том, что он никогда не сдается. В какие бы жуткие передряги его ни заносило, будьте уверены: он докопается до истины. Но за все эти годы Малдер устал, постарел на пятнадцать лет с того момента, как зритель познакомился с ним, и на шесть лет с тех пор, как мы последний раз видели его на экране. Больше всего мне не хотелось замораживать этот образ во времени. Малдер – это тебе не Джеймс Бонд.

Намекни, чем займутся Малдер и Скалли в новой серии. Мы догадываемся, что за разглашение сюжета тебя ждет мучительная казнь, но, если мы об этом не спросим, она ждет нас.
Все, что я могу тебе сказать, – сюжет фильма выдержан в духе наиболее мрачных и жутких эпизодов сериала. Все об этом как-то подзабыли, но ведь раньше «Секретные материалы» были главной страшилкой телеэкрана. Поэтому мы и стали такими популярными.

Насколько агент Малдер – это ты?
Теперь уже трудно сказать. Как актер, я, конечно, стремлюсь слиться с персонажем, чтобы реплики, образно говоря, шли из самого нутра. С другой стороны, играя маньяка, необязательно носиться по ночному городу с топором. Секрет успеха в том, чтобы найти в себе черты персонажа и дать им максимально раскрыться на экране.

Теперь о главном. Вопрос, мучащий весь мир: почему Малдер и Скалли так и не дошли до загса?
На мой взгляд, их отношения, скорее, союз двух пытливых умов, личная жизнь у них на двадцать пятом месте. Секрет успеха нашего дуэта в том, что Малдер часто думает и действует, руководствуясь интуицией, а не рассудком. По-женски, в общем. И наоборот, Скалли – педант и рационалист, у нее мужской холодный ум. Внутри этого перевертыша мы прекрасно дополняем друг друга.

Малдер, ясное дело, большой энтузиаст по части всего сверхъестественного. Ты сам-то веришь в рай и ад?
Нет, я уверен, что после смерти нас ждет пустота. Приходится врать детям: они еще не готовы принять эту угрюмую истину. У них недавно умер дед, мой отец, и нам пришлось что-то придумывать, чтобы сообщить им об этом. Незадолго до этого у нас умерла собака, поэтому мы сказали детям, что теперь их дедушка гуляет с собакой по небу. Я верю, что рай и ад существуют в нашем сознании.

В Голливуде у тебя репутация сердцееда и мачо, но ты, как серьезный актер и семейный человек, не сильно озабочен ее поддер­жанием... кажется.
От своей внешности не убежишь. Внешность – главное достояние актера, как и то, что он умеет с ней делать. Мужчинам проще: говорят, с возрастом мы не портимся. Метросексуалом меня точно не назовешь. Конечно, я чищу зубы, причесываюсь по утрам. Потом надеваю футболку и джинсы – и вперед, на службу. Чай пью для поддержания тонуса, в спортзал хожу. Вот и все, пожалуй.

Кроме того, ты известный трудоголик. Все так же помешан на своей работе, как раньше?
Да, я до сих пор пашу как заведенный. Я ведь не только актер, но еще и сценарист, и режис­сер. Сэмюэл Беккет сказал: «Когда в следующий раз вас постигнет неудача, пусть она будет более удачной, чем предыдущая». Дейст­вительно, редкий замысел удается воплотить в жизнь по задуманному. Все плоды наших усилий – разной степени неудачи. Даже если твой фильм сорвал кассу, на каком-то уровне ты все равно облажался и недотянул. Поэтому в следующий раз стремишься все сделать лучше. В искусстве нет успеха – сплошные провалы, как бы претенциозно это ни звучало. Но это оптимистическая позиция, главное – не сдаваться. Чтобы все время лажаться и не впадать при этом в уныние, надо быть настоящим мужиком, безо всяких соплей.