Легенда гранжа Марк Ланеган: «В 50 лет колокола смерти звучат гораздо тише»

Лучший друг почти всех альт-рок кумиров 90-х (живых и мертвых), человек-коллаборация и ходячая квинтэссенция мужественности делится с нами толикой вселенской мудрости и секретами быстрого лечения больного горла.

Интервью: Антон Городецкий  @gorod_anton

Марк Ланеган

Чем процесс создания твоего последнего альбома 'Phantom Radio' отличался от работы над предыдущими сольными записями?
Кардинальных отличий нет. Начиная с предыдущего альбома, 'Blues Funeral',.. нет, даже раньше — с 2004-го, когда вышел 'Bubblegum', я все чаще и чаще стал использовать драм-машины и синтезаторы. То есть я и раньше ими баловался, но именно на 'Bubblegum' они стали доминировать. Вот на 'Phantom Radio' это увлечение получило естественное продолжение. Сначала ударные, синтезаторные петли, а потом уже накладываешь на них гитары, вокал. Когда ты занимаешься чем-то так же долго, как я музыкой — а я варюсь в этом уже лет 30 — ты обязан экспериментировать, позволять себе разные стили, — иначе смерть. Ну а если публике это нравится, то просто замечательно. Мне вот повезло, что есть люди, которые искренне ценят то, что я делаю. Пусть их не очень много, но они есть.
На альбоме есть коллаборация с Дюком Гарвудом — вы написали вместе «I am the Wolf». Дюк как-то влияет на тебя в музыкальном плане?
Начиная с 1989-го, с момента выхода альбома 'The Winding Sheet', я много времени стал уделять акустической музыке, темной акустике в основном. Когда я впервые услышал Дюка, моментально стал его ярым поклонником. Вскоре мы стали друзьями — очень хорошими друзьями. Он предложил записаться вместе — ведь у нас столько общих предпочтений в музыке, довольно эклектичных предпочтений. Мы всегда стараемся брать лучшее из тех песен, которые нам нравятся, вдохновиться ими и сделать что-то похожее, но по-другому. Всего пару дней назад мы как раз закончили запись новой песни. Кстати, его новый альбом 'Heavy Love' — запись потрясающая, я крайне рекомендую.
Ваша дружба — это сотрудничество, или в ней есть элемент конкуренции, как, например, у Канье Уэста и Дрейка: мол, «неплохо у него вышло — проверим, смогу ли я лучше»?
Ну это музыка, а не Олимпийские игры (смеется). Все, что я когда-либо написал, — это результат моих исключительно дружеских отношений с людьми. Моя музыка никогда не была плодом конкуренции. Даже с Грегом Далли, моим лучшим другом и довольно конкурентным по природе товарищем, мы никогда не соревнуемся. Можно, конечно, закончить песню быстрее коллеги, но речь не идет о состязании.
В последнее время много стали писать о креативности, о творчестве. Что обычно помогает тебе придумывать новое? Есть собственные, уникальные способы достигнуть творческой Шамбалы?
Нет, ничего особенного: просыпаюсь утром, выпиваю чашечку кофе и начинаю возиться с музыкой, моими инструментами, гитарами. Слушаю то, что записал вчера, и думаю «о, мне нравится вот эта часть, буду, пожалуй, двигаться в этом направлении». Тут нет никаких научных секретов — есть просто обязанности, которые надо выполнять.
Один из самых известных русских скульпторов Михаил Шемякин как-то сказал, что у мужчины должно быть как можно больше женщин — только так он поймет, какая ему на самом деле нужна. Что думаешь на этот счет? Когда наступает время остановиться?
Пути любви неисповедимы. По мне, когда ты находишь кого-то, с кем тебе комфортно, с кем ты с радостью проводишь время на людях и дома, наедине, с тем, кто вдохновляет тебя и никогда не нагоняет тоску — надо держаться за этого человека, а не рваться за эфемерной идеальной женщиной.
У Стивена Хокинга в книге «Краткая история времени» среди многих прекрасных идей есть одна о том, что в жизни, конечно, все предначертано и известно заранее, но только нам самим решать, что же именно предрешено. Как по-твоему, существует свобода воли или все можно предсказать вплоть до самого конца?
Очевидно, у нас есть свобода воли, потому что каждый день мы принимаем кучу решений. Всегда существуют миллионы разных путей. Некоторые из них плохие, некоторые — хорошие… Насколько я могу, я самостоятелен. Я верю, что есть некая высшая сила, к которой можно взывать время от времени. Впрочем, все это лежит настолько далеко за пределами моих возможностей, и не в моих силах на это повлиять, что я даже не буду тратить свое время на размышления об этом. Лучше я потрачу его на написание песен.
Гастроли — штука весьма утомительная. Как ты поддерживаешь себя в хорошей форме? Упражнения, диеты?
Много хожу. В каждом отеле есть беговые дорожки, вот они очень кстати. Что еще... Стараюсь не есть много паршивого фастфуда. Вот и все, пожалуй.

Хит-лист героя

Фернандо Пессоа, «Избранное»
Книга:
«Избранное» Фернандо Пессоа
«Стрингер»
Фильм:
«Стрингер»
«Во все тяжкие»
Сериал:
«Во все тяжкие»


Алкоголь частенько служит источником вдохновения для многих артистов. Тебе он помогает?
Ни сейчас, ни раньше не помогал. Алкоголь вообще не решение творческих проблем.
На сериалы времени хватает?
Да, иногда бывает. Мне нравятся «Во все тяжкие», «Безумцы»… Да их много на самом деле, не могу сейчас все вспомнить… А, вот, «Настоящий детектив» был отличный! Надеюсь, второй сезон будет таким же классным. Я подсадил на него моего друга Тома Бармана из группы dEUS, который до этого вообще сериалы не смотрел. Еще я ему рассказывал про первый сезон «Фарго» — не знаю, посмотрел ли он уже...
Занимают ли гаджеты важное место в твоей жизни? Айфоны там…
Я стараюсь сохранять статус кво в этом вопросе: у меня есть макбук и айфон — и все. Ничего сверхъестественного. Ну плюс всякие примочки музыкальные.
У тебя уникальный голос, который сравнивают с Уэйтсом, Коэном, Кейвом — он был назван одним из самых узнаваемых в музыке. Предположим, что ты простудился и у тебя болит горло. Как лечиться, чтобы поправиться как можно скорее?
Если болею, а мне нужно на сцену, пью горячий чай с медом, лимоном и имбирем. А еще стараюсь не здороваться лишний раз за руки, инфекцию можно на раз-два подхватить — так что извини, что я сразу бросился протирать ладони салфеткой после нашего рукопожатия.
Ничего. Читаешь рецензии музыкальных критиков на свои альбомы?
Несколько лет назад я понял, что мне неприятно это делать, в независимости от того, позитивные они или разгромные. Я просто не получал удовольствия и понял, что трачу время зря — это оказывает мощное негативное влияние на мое творчество. Я, конечно, не читал русских рецензий, но даже если бы я умел, все равно бы не читал… Не то чтобы мне неинтересно, что вы, ребята, про меня говорите, но как-то все это меня удручает — пока что никто ни разу не понял мою музыку на все 100% (смеется).
Ты весь такой из себя суровый и мрачный обычно. Марк Ланеган умеет вообще смеяться? Какая твоя любимая шутка?
Да брось! Когда мы записываемся, то постоянно ржем с друзьями. Если подумать, 70% времени в студии парни просто травят байки, и в итоге мы ничего не успеваем. Сам я шутки рассказывать не умею, это правда. Но смеяться люблю.
Сейчас тебе 50: каким будет самый глубокий и мудрый жизненный совет, который ты мог бы передать молодому поколению?
(Поет) «The greatest thing you’ll ever learn is just to love and be loved in return» («Главное, чему ты должен научиться в этой жизни — научиться любить и быть любимым в ответ»). Это сказал мне Нэт Кинг Коул в песне «Nature Boy» (смеется).
И последний вопрос: Киану Ривзу сейчас тоже 50 лет, и когда мы спросили его о смерти, он ответил, что для него смерть, во-первых, — полный отстой, а во-вторых, он понимает, что к ней никак не подготовиться. Сам-то уже слышишь «колокола смерти»?
Они стали гораздо тише, откровенно говоря. Я перестал переживать по поводу смерти: не думал, честно, что доживу даже до полтинника. Я счастлив, что сейчас мне проще найти вдохновение, чем 25 или даже 10 лет назад. Но придет время, и я уйду — это естественно, с этим надо смириться.
Комментарии
Октябрьский номер
Октябрьский номер

Новости партнеров
Рекомендуем
Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик