Лидер группы «Калинов мост» Дмитрий Ревякин: «Инструменты мы ломали, пожары устраивали, а с алкоголем и легкими наркотиками и без слов ясно»

В канун 30-летия группы «Калинов мост» его бессменный лидер вспоминает тяжкую поступь рок-н-ролла на пути от СССР к современной России.

Интервью: Олег (Апельсин) Бочаров
переживаю Фото: Николай Гулаков

Дмитрий Ревякин Лидер группы «Калинов мост»

Калинов мост — очень красивый образ. Он означает раскаленный мост, ведущий в царство мертвых. Почему тебя осенило так назвать группу?
Да это не я придумал. Мы долго не могли найти себе название, пока моя девушка (и будущая жена) не предложила «Калинов мост». Все сразу поняли: это то, что надо. С годами понятие обрастало новыми смыслами: это и место борьбы добра со злом, и переход из одного состояния в другой, постоянная инициация.
Почему из тысяч рок-жанров ты выбрал именно фолк-рок?
Жанр не был выбран как-то специально, это уже критики поставили на нас эмблему «фолк-рок». «Калинов мост» изначально позиционировал себя как рок-группа. Но мы использовали любые доступные средства для окрашивания музыки: блюз, баллады, рок-боевики и казачьи песни. В нашем распоряжении был весь багаж, наработанный за многие годы существования рок-музыки. И нас сразу приняли в таком виде. И наши кумиры — Борис Гребенщиков, Александр Башлачев, Юрий Шевчук, Констатин Кинчев, — все откликнулись на нас очень хорошо.
Кто приходил на самые первые концерты?
Мы начинали в Новосибирском электротехническом институте, естественно, что студенты и приходили. Эпоха была такая, когда рок-музыка была всем интересна. И песни у нас были на уровне манифестов, и страна жила ожиданиями. «Калинов мост» был созвучен эпохе, и концерты тех времен конца 80-х были незабываемыми: люди с трубами, барабанами плакатами и знаменами в зале — мощное зрелище.
Какой концерт из всей тридцатилетней биографии группы особенно запомнился?
Питерский 1987 года. Мы впервые попали в Питер, нас представлял Константин Кинчев, а прямо перед нами во втором ряду сидел Майк Науменко. Публика реагировала просто здорово! Питер вплоть до последнего времени держал вот это напряжение конца 80-х. Сейчас, правда, оно начало спадать. Люди откликались, потому что музыка была откровением, народ приходил на концерт с ощущаемой жаждой. Это сейчас ходят просто отдохнуть и провести время. Можно вспомнить и квартирники. Допустим, в Питере где-то весной 1989 года я играл на квартире рядом с Невским проспектом в семье добрых знакомых. Пришли люди, я пел. Было очень эмоционально: гитара в крови и все такое.
А в 2015 году как выглядит твой среднестатистический слушатель?
Ходят на концерты как и ветераны, которые поддерживали нас все время, так и молодежь, конечно. И как ни странно успешная буржуазия, которой мы тоже интересны.

Хит-лист героя

Алексей Балабанов
Режиссер:
Алексей Балабанов
Федор Достоевский
Писатель:
Федор Достоевский
Pink Floyd. Animals
Альбом:
Pink Floyd. Animals


Бывает что твои слушатели понимают твои стихи даже лучше чем ты, находят в них новый смысл?
Часто. Когда транслируется поток лирики через мою голову, то я его записываю и не всегда осознаю до конца. Время проходит и ты сам понимаешь свои старые песни уже иначе.
В следующем году «Калинову Мосту» будет 30 лет. Была ли какая точка во времени, куда бы хотелось тебе вернуться и что-то поменять, чтобы все получилось по-другому?
Есть такие моменты. Непозволительно много времени было потрачено на установление отношений между музыкантами. И мы на долгое время даже выпадали из общего потока рок-музыки. Конечно, жалко. Зато сейчас небо дает писать, и я постоянно беременный новыми песнями.
Ты в последнее время зачастил с пластинками — и «Калинов Мост», и сольники, да и не только. Что-то еще надвигается?
Да, вот недавно на iTunes появился мой сольный «Grandi Canzoni, Opus I», а на CD скоро объявится «Grandi Canzoni, Opus Magnum». Готовится пластинка «Циклон», посвященная целиком Камчатке, с песнями, написанными мною там, с камчатским настроением. Наконец, мы с барабанщиком уже записали несколько треков для грядущего альбома группы «Калинов Мост» — «Сезон Овец».
Тебе не кажется, что рок-н-ролл сейчас мертв даже не музыкально, а идейно? Он уже не является острым рупором революционных масс, как это было в мире в 60-е, в 70-е, а в 80-е и у нас в СССР?

Лично я живу вместе со страной. Живу ее проблемами, ее вопросами, и ищу на них ответы. Никакого покоя нет, это своего рода болезнь, так как непрестанно ищешь образы и метафоры, рифмы для отражения всего этого. Ни в коем случае не хочу отрываться от земли, хочу жить вместе с людьми, которые населяют наш евразийский материк.

Я не сильно переживаю. что многие считают рок мертвым, так как понимаю — эпоха 80-х давно закончилась. Сейчас другое время — все доступно, все есть, но при этом вопрос искренности остается существенным. Когда музыкант делает что-то неискренне, я всегда это слышу. Какие-то жанры действительно уже устарели. А вот рэп, наоборот, быстро откликается, рэперы остро и оперативно реагируют на все, что нас окружает и взламывает наши черепные коробки. Я слушаю наш рэп, потому что там бывают иногда такие поэтические находки, что я аж губы кусаю от зависти.


Рокеры старой закалки почему-то уже по разную сторону баррикад. Идеология Сукачева идет вразрез с тем, что вещает с трибуны Шевчук или Макаревич...
Это очень легко объяснимо. Потому что когда все начинали, то находились в одном поле, в том числе информационном. Но это поле стремительно меняется, расширяется — так что всем этим людям тяжело оставаться в одной точке. Я с пониманием к этому отношусь — и сам все эти десятилетия в процессе познания жизни менял неоднократно свое мировоззрение. То был язычником, то индейцем, то буддистом... кем только ни был.
Ты ведь принял христианство довольно поздно, уже в этом веке? Что заставляет известного, успешного, творческого человека в зрелом возрасте вдруг пойти креститься?
Я пришел к христианству плавно, органично. Я нашел ответы на вопросы, которые меня всю жизнь интересовали: «кто я», «откуда» и «куда». И в других учениях я не мог найти этих решений. Не уверяю, конечно, что я все религии изучил глубоко — как и большинство мужчин я их осваивал достаточно поверхностно. В итоге христианство оказалось для меня столь органичным, что былые метания я стал воспринимать просто как неизбежный путь.
Ведешь ли ты иногда религиозные споры с атеистами или представителями иной веры?
Бывает что и включаюсь в полемику. Но обычно молчу — религиозность все ж таки интимный момент. Я не теолог, я поэт, потому не могу рационально разъяснить человеку религиозные идеи. Бессмысленно тут спорить — тем более, что все мы родом из СССР, страны атеизма, и каждому понадобилось много времени, нервов и усилий, чтобы прийти к своим убеждениям или вере.
Ты ведь был на Майдане год назад. Что тебя туда занесло и что ты оттуда для себя вынес?
В феврале пробыл там три незабываемых дня. Мне сын сказал «Если ты пишешь такие песни, то просто обязан там побывать». Холодина была жуткая, ну и что! Там настолько все это мощно ощущается изнутри — меня там просто придавило огромным энергетическим колпаком. Я еще никогда не ощущал себя таким ничтожным. Я общался со всеми — и с западенцами, и их оппонентами, взрослыми, детьми. И понял, что нет — эти не уйдут, они там до конца. Только к «Беркуту» не подходил, но видел, насколько они жестко настроены. Ничуть не жалею что там был. Мы потом с группой 25/17 (московско-омская рэп-группа — прим. ред.) записали совместный трек «Рахунок», который вызвал шквал эмоций со стороны слушателей... кем меня только не называли. Трек получился ядерным, до сих пор я его без содрогания слушать не могу.
Да, на YouTube комментарии к этому клипу заблокированы. Каков твой личный ответ на главный вопрос мироздания — Крым наш или не наш?
Крым-то наш, конечно. Но что и как с ним будет — вопрос открытый. Летом я был в Крыму — я ведь туда уже многие годы обязательно наведываюсь. Тяжело людям там, не знаю как наша власть сможет быстро решить все навалившееся.
Ну вот, представим (не дай Бог, конечно), что Сибирь провозгласила независимость от Москвы. Ты сам родом из Новосибирска, живешь в столице, родители в Забайкалье. Где ты останешься, на какой стороне?
Я туда, конечно, поеду, назад, к корням.
За тридцать лет разъездов, испытал ли ты на себе, то что можно назвать «рок-н-ролльным» образом жизни?
Отчитываюсь: инструменты мы ломали. Пожары устраивали, в отелях в том числе. А с алкоголем и легкими наркотиками и без слов ясно. Рок-н-ролльные эксцессы в порядке вещей и для русского рока, просто у кого-то их больше, у кого-то меньше.
У кого из рокеров, которых ты знал, этого было больше?
Не скажу! Я только о себе имею право говорить. Они ведь обидятся.

14 марта в московском зале «Известия Hall» большой концерт группы «Калинов Мост» с программой лучших песен.

Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик