Барт Тодд — филателист с большой дороги

Может ли человек изменить судьбу целой страны с помощью почтовых марок? Благодаря американскому авантюристу Барту Тодду этот вопрос нас не мучит.

Барт Тодд — филателист с большой дороги
Но прежде чем приступить к удивительной истории жизни Барта Тодда, мы расскажем тебе о Бутане. И не об органическом соединении класса алканов, а о скромном королевстве, затесавшемся между Индией и Китаем в заснеженных Гималаях. Одна из главных проблем и одновременно благословений Бутана состояла в том, что его территория никому и никогда толком не была нужна, крохотный клочок неплодородной земли не пробуждал захватнические инстинкты соседей. Зато внутри королевства то и дело вспыхивали гражданские войны. Мы не станем утомлять тебя деталями многовековых династических распрей, скрашивавших серые будни населения Бутана. Скажем лишь, что, когда в 1907 году к власти пришел основатель новой династии, 1-й Драконовый король Угьен Вангчук, многие выдохнули с облегчением.

Политическая стабильность сопровождалась полной изоляцией, благодаря чему граждане Бутана в начале XX века функционировали тем же манером, что и их предки несколько столетий назад. Подавляющая часть населения жила в деревнях, хотя и столица Бутана Тхимпху не сильно отличалась от деревни. Ни метро, ни медициной в стране не пахло. Зато пахло чахлыми яками, лениво жевавшими сухую траву, пока их хозяева ворошили землю допотопными плугами.

 В преддверии приключений  
В 1924 году далеко от Бутана, в мире газировки и джаза, родился мальчик по имени Барт Керр Тодд. Отец Барта, Тодд-старший, владел парой сталелитейных предприятий, поэтому Великая депрессия не слишком пошатнула благополучие семьи. Наследник сталелитейного бизнеса рос беспокойным, гиперактивным ребенком – таких политкорректно называют сорванцами. Первую авантюру Барт затеял в семилетнем возрасте. Проникшись рассказами о гангстерах, он решил бежать. В напарники взял друга Томми: у того как раз нашлись деньги на сумку сладостей. Мальчики сели на товарняк, следовавший из Питсбурга в Чикаго. Путешествие оказалось быстротечным: на первой же стоянке беглецов сняла с поезда полиция, поднятая на уши Тоддом-старшим. Томми тут же во всем признался, а вот Барт упорно молчал, в духе истинного чикагского гангстера. Тогда в игру вступил человек жесткого характера, дед Барта. Он подговорил полицейских подержать пацана в участке до утра, будто под настоящим арестом. Уверены, обзаведись Барт впоследствии психоаналитиком, тот был бы в восторге от этой истории. Но, как ни странно, ночевка в тюремной камере не образумила Барта, и он продолжал портить нервы ближайшим родственникам.

Проникшись рассказами о гангстерах, Барт решил бежать. В напарники он взял друга Томми: у того как раз нашлись деньги на сумку сладостей Неудивительно, что, когда пришло время получать высшее образование, Барт выбрал летное училище. Правда, вышел он из него не летчиком, а инструктором по радарным установкам. Именно в этом амплуа Тодд прошел Вторую мировую вой­ну. Почувствовав недостаток образования (а может, просто от скуки), Барт вознамерился поступить в Оксфорд. Поступление обернулось для него очередным приключением. В последний момент оказалось, что собранных им документов не хватает для зачисления и что единственный человек, способный дать добро на зачисление, находится в отпуске по случаю медового месяца. Предприимчивый Тодд арендовал самолет и полетел в Норвегию, где нашел чиновника и получил от него требуемую бумагу. Именно в Оксфорде Тодд познакомился с женщиной, изменившей его жизнь. Это тот редкий случай, когда речь идет не о любви, а о дружбе. Принцесса Аши Кесанг Чодон не только имела смешное имя, но и была невестой будущего короля Бутана Джигме Дорджи Вангчука. От Аши Барт узнал о том, как прекрасна и бедна ее родина – затерянная в горах страна Бутан.

 Первое знакомство  
Барт Тодд — филателист с большой дороги
После университета Барт должен был принять бразды правления сталелитейными заводами отца. Но экономико-бюрократическая тягомотина была не для него. Первым делом Тодд подговорил двух однокурсников отправиться в кругосветное путешествие. Весьма кстати бывшая сокурсница Тодда и теперь уже супруга наследника Бутана принцесса Аши прислала Барту письмо с приглашением в свое загадочное королевство. Конечно, такую возможность авантюрный американец упускать не собирался. Сознание того, что он, возможно, первым из белых людей вступит на землю Бутана, благоприятствовало быстрым сборам. Когда Тодд наконец прибыл в пункт назначения, ему показалось, что он попал в иллюстрацию из учебника истории. Единственное, что процветало в стране, так это феодализм и рабство; повозки были редкостью, впрочем как и железные сельскохозяйственные орудия труда. Свекор принцессы Аши – король Джигме Вангчук придерживался доставшейся ему от предков политики изоляции. Да, он знал английский язык и несколько индийских наречий, но лишь для того, чтобы понемножку торговать с Британской Индией. Когда Индия обрела независимость, Джигме подписал с ней новый договор о невмешательстве и продолжил экономическое отшельничество.

Принцесса Аши была рада приезду друга. Первого в Бутане туриста приняли в королевском дворце с почестями. Американец сразу же нашел общий язык с мужем принцессы Аши – принцем Джигме Дорджи Вангчуком, своим ровесником. Новоиспеченные друзья не могли наговориться, хоть и беседовали часами. Дорджи расспрашивал про мир вне границ Бутана и не уставал ахать от удивления. Он был за границей всего раз, в 1949 году. Тогда 20-летний принц перенес первый инфаркт, и его отправили лечиться в Лондон, под надзор тамошних врачей: в Бутане медицина отсутствовала как явление.

Единственное, что процветало в стране, так это феодализм и рабство; повозки были редкостью, впрочем как и железные сельскохозяйственные орудия труда Дорджи сильно отличался от своего отца и деда. Он понимал необходимость перемен и, что гораздо важнее, не испытывал священного страха перед их осуществлением. Наговорившись вдоволь с наследником, Тодд засобирался обратно в цивилизацию. В следующем после его возвращения 1952 году в журнале National Geographic была опубликована сенсационная статья Тодда «Бутан: страна Громового дракона». Материал получился знатный, почти на полсотни полос. Статью иллюстрировали 27 цветных и 11 черно-белых фотографий. Романтическая история о затерянном в Гималаях королевстве произвела фурор: у Тодда брали интервью, он снялся в нескольких телепередачах. В том же году Барт узнал, что король Бутана умер. Вскоре на имя американца пришло официальное приглашение от его закадычного друга – 3-го Драконового короля Бутана Джигме Дорджи Вангчука.

 Постановка задачи 
Барт Тодд — филателист с большой дороги
Но прошло еще два года, прежде чем Тодд вернулся в Гималаи. Его промедление понятно: 28-летний Барт женился на очаровательной блондинке Сьюзи Хейс. Зато медовый месяц молодожены решили провести не в пятизвездочном отеле Шарм-эль-Шейха, а в экзотическом Бутане. Встреча двух пар – короля и королевы Бутана и их американских друзей – вышла теплой и сердечной. Но уже на следующий день Тодд понял, что приглашение короля было не совсем бескорыстным. Дорджи ни много ни мало хотел услышать от Барта, как поднять экономику Бутана и вывести страну из мировой изоляции. Барт напряг извилины, а дружеский разговор тем временем продолжался. Зашла речь и о том, как непросто было королю все эти годы посылать письма своему заокеанскому другу. Чтобы отправить Барту письмо, король Дорджи вручал конверт гонцу, который отправлялся из Пунакхи к границе с Индией, по индивидуальному разрешению индийских властей быстро ее пересекал, доезжал до ближайшего населенного пункта, покупал в местном почтовом отделении марки и опускал конверт в почтовый ящик. Подобные трудности не смущали простых людей. Ни один бутанец никогда не посылал писем, а если нужно было сообщить что-то в соседнюю деревню, отправлял мальчишку с посланием.

Музею истории в Питсбурге Тодд презентовал длинный и жесткий волос в стеклянной коробке, доказав, что он лично выдрал его у йети в Гималаях К разговору о развитии экономики Бутана король возвращался еще не раз. У Дорджи не было других советников, кроме Тодда. Наконец король напрямую спросил его: чем может торговать Бутан? Вопрос не из легких: королевство не производило ничего, кроме расписной утвари сомнительного сувенирного качества, а феодальный строй вкупе с низким уровнем технологического развития не позволял начать производство чего-то удобоваримого для международной торговли.

И вот свадебное путешествие, сопряженное с экономическими беседами, закончилось. Тодд и Сьюзи уехали домой. Сьюзи — счастливая, Барт — погруженный в раздумья.

 Поиски решения 
Барт Тодд — филателист с большой дороги
Вновь оказавшись в окружении стиральных машин, телевизоров и прочих радостей общества потребления, Барт провернул несколько афер. В конце 1950-х он выкупил у двух индийских махараджей их неликвидные «Роллс-Ройсы» и перепродал в качестве диковинки коллекционерам за бешеные деньги. Музею естественной истории Карнеги в Питсбурге Тодд презентовал, опять же за внушительную сумму, длинный жесткий волос в стеклянной коробочке, доказав, что этот волос он лично выдрал у йети в Гималаях. Не в состоянии долго сидеть на месте, американец посетил Фиджи и завез туда оборудование и технологию по производству рома. Fiji Rum существует по сей день и считается одним из национальных напитков архипелага.

Но все это время Бутан не выходил у Тодда из головы, а в его почтовый ящик по-прежнему падали невзрачные конверты, содержавшие письма короля Дорджи. Барт вернулся в Бутан на исходе десятилетия, в 1959 году. Дорджи попросил его, американца, стать членом бутанской делегации в Индию. Отчаявшись добыть денег торговлей, король принял решение просить у соседнего государства ссуду. Индия ожидаемо ответила отказом: бутанцы даже не могли толком объяснить, каким образом они собираются вернуть долг.

Барт уже собрался возвращаться в Бутан ни с чем, как вдруг в приватной беседе один из индийских чиновников задал Тодду вопрос: почему Бутан не продает марки? Позднее в своих воспоминаниях американец напишет, что вопрос его ошеломил. До этого Барт никогда не задумывался о стоимости филателистической продукции. Он достал все доступные материалы по филателии и углубился в их изучение. Чуть­е авантюриста подсказывало ему, что невинные на вид почтовые марки могут изменить если и не весь мир, то крошечную его часть под названием Бутан точно.

 Держи марку!  
Псевдотрехмерные картинки уже широко использовались для рекламы и сувениров. Но никто не додумался печатать марки с трехмерным изображением Тодд бросился в филателистический мир, ничего о нем не зная, будучи совершенным дилетантом. Возможно, именно благодаря своему невежеству ему удалось совершить революцию.

Король Дорджи не сразу поверил американскому другу, когда тот рассказал о стоимости марок на рынке. Для бутанца марки представляли собой безликие цветные прямоугольники для оплаты его писем в Америку, и стоили они в индийском почтовом отделении сущие рупии.

Несмотря на скептические взгляды королевской особы, Барт тут же принялся за дело. Он основал собственное агентство для производства марок – Bhutan Stamp Agency, зарегистрировал его на Багамах, нанял художника. 10 октября 1962 года король Дорджи торжественно открыл первое поч­товое отделение Бутана в городе Пхунчолинг, на границе с Индией. Открылись почты и в других населенных пунктах. Для Бутана это нововведение стало серьезным шагом на пути национального прогресса.

К удивлению Тодда, марки интереса коллекционеров не вызвали. Никто о них толком не знал. Барт полагал, что раз марки выпущены, то их купят, и совершенно не подумал об отсутствии внешней переписки между Бутаном и другими государствами. О том, что в стране появилась внутренняя поч­та, никому известно не было, кроме представителей Индии.

Пришлось думать дальше.

Барт Тодд — филателист с большой дороги
Мнение специалиста
Барт Тодд — филателист с большой дороги
Слово предоставляется вице-президенту Союза филателистов России Алексею Анатольевичу Бородину: «Конечно, это была сенсация. Бутан стал выпускать марки, которые до этого никто не выпускал. Помню, на выставке, посвященной 115-летию Ленина, поставили один стенд с бутанскими телескопическими марками, в самом углу. Все посетители очарованно стояли у стенда, приседали, охали – следили за тем, как движется космонавт на марке. Интересно, что среди филателистов особенно котируются те первые бутанские марки со спецэффектами, которые прошли почту. Их гасили каким-то примитивным утюгом, и телескопические марки плавились. И вот эти кривые, плавленые марки – самые ценные. Их в природе, считайте, и нет, потому что мало кому приходило в голову использовать их по почтовому назначению, а если и приходило, марки пропадали в дороге. С 1970-х уже остальные страны освоили производство необычных марок, и бутанские перестали быть чем-то необыкновенным».

 Мастер печати 
К 1964 году Тодд поднакопил знаний и перенял филателистический опыт других государств. В первую очередь он понял, что для успешной финансовой стратегии необходимо печатать значительно больше марок, чем требуется для обслуживания внутренних почтовых перевозок. Более того, печатаемые марки должны быть яркими, хорошо узнаваемыми, узкотематическими и желательно объединенными в комплекты. В 1964 году был эмитирован симпатичный набор из девяти марок с изображениями национальных танцев Бутана. Затем Тодд выпустил марки с цветами и животными. В изможденную казну Бутана стала поступать какая-никакая валюта, хотя король Дорджи по-прежнему не видел в филателии серьезного источника дохода.

Вот тогда-то Тодд и пошел ва-банк. Он поехал в Японию и заказал там печать трехмерных марок по так называемой лентикулярной технологии. Псевдотрехмерные картинки уже были широко известны и использовались для рекламы, календарей и сувениров. Ни никто не додумался печатать марки с трехмерным изображением.

Дело шло медленно. Под заказ разрабатывали специальный принтер, поэтому лишь в 1967 году вышел комплект из двенадцати марок с изображением парящих в невесомости космонавтов. После того как тираж доставили в Бутан, Тодд приказал клеить марки на конверты. Все они в тот же день разлетелись в несколько тысяч филателистических клубов во всем мире.

Поначалу серьезные филателисты восприняли яркие трехмерные марки как китч, если не издевательство над светлой идеей филателизма. Но уникальная находка Тодда не могла не найти своих поклонников. Тираж пришлось допечатывать — с такой скоростью расходились марки. Бюджет Бутана приятно округлился, король Дорджи повеселел. Не брезговал Барт и чужими идеями. Еще в 1963 году одно агентство напечатало для молодого государства Тонга марки-монеты на золотой фольге. Американец взял прием на вооружение, эмитировав подобные марки с изображением короля в 1966-м. Оттуда же, из Тонга, он позаимствовал идею самоклеящихся марок.

А вот трехмерные марки с рыбами, картинами известных живописцев и насекомыми Барт придумал сам. Впрочем, как и набор марок на сереб­ряной фольге и шелке. И понеслось… В 1973 году Тодд дал фору сам себе, придумав говорящие марки, напечатанные на маленьких виниловых пластинках. На пластинках были записаны гимн Бутана, народная музыка и текст на английском языке, начитанный лично Тоддом. В своей речи на говорящих марках Барт рассказывал о том, какая Бутан прекрасная страна. Завершилась марочная вакханалия выпуском первых в истории ароматизированных марок с изображением и запахом розы.

И вдруг – трагедия.

 Обвинение в филателии  
В 1973 году Тодд дал фору сам себе, придумав говорящие марки на маленьких виниловых пластинках. Текст на них был начитан самим Бартом В 1972 году умирает 43-летний король Бутана и друг Тодда Джигме Дорджи Вангчук. К этому моменту доходы от продажи филателистической продукции составляли две трети доходов от всей внешней торговли Бутана. На эти деньги Дорджи закупал новые сельскохозяйственные орудия труда практически для всей страны. В его правление было построено 1770 километров дорог, по которым ездил самый настоящий колесный транспорт. Король построил шесть больниц, более сотни школ, отменил рабство, добился вступления Бутана в ООН… У короля был сильный характер и слабое сердце, которое не выдержало третьего приступа.

Барт Тодд — филателист с большой дороги
Для Барта смерть друга оказалась серьезным ударом. Спустя неделю после коронации новый 18-летний король Джигме Сингье Вангчук вызвал к себе американца и сообщил, что отказывается от услуг его филателистического агентства. Тодд был обвинен в том, что слишком большой процент от продажи марок кладет себе в карман (а кто не кладет?!) – такие условия не устраивают Бутан. В том же году Сингье заключил контракт с другим филателистическим агентством. Конечно, Бутан продолжал печатать марки, но никаких изысков, никакого творчества больше не было. Это были просто марки, ничего особенного.

Тодду больше нечего было делать в стране, которой он посвятил половину жизни и которую поднял не то что с колен, а с... в общем, поднял. Он уехал из Бутана, чтобы никогда не вернуться.

Барт Керр Тодд еще не раз бросался в авантюры. Как-то купил себе риф близ Фиджи и объявил его независимым государством. Подружился с султаном Брунея и премьер-министром Маврикия, собрал коллекцию старинных автомобилей, украсил лужайку перед особняком отслужившим свое реактивным истребителем, съездил в джунгли поохотиться на леопардов. Но ни одна из этих затей ни масштабом, ни значением не походила на его филателистскую империю.

Барт Керр Тодд скончался от рака легких в восемьдесят один год, 28 апреля 2006-го. А спустя два года после смерти Барта в память о нем Бутан выпустил набор марок. На них нет ни его портрета, ни даже инициалов, но все филателисты мира знают, что это марки в память о легендарном американце. Напечатаны они на компакт-дисках. Тодд бы одобрил.

Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик