Письмо главного редактора: «Политический кретинизм»

Александр Маленков о том, как ненавистная политика постоянно вторгается в жизнь каждого.


Есть люди неспособные к математике. Умножение, деление, проценты — еще туда-сюда, а с корнями и степенями уже хуже. Знают это про себя — кто печалится, кто гордится, но как-то живут. Есть те, кто начисто лишен чувства стиля. Есть глухие к музыке. Есть те, кто не запоминает имена. Почти каждый из нас имеет какой-нибудь небольшой изъян, в общем совместимый с жизнью. Я сегодня хочу поговорить о несчастных, которым неинтересна политика. Быть взрослым и не испытывать никакого интереса к глобальным законам социума — это тяжело. Я говорю так, потому что знаю по себе: я ненавижу политику. С той бессильной стыдливой страстью, с какой гуманитарии ненавидят формулы. Ну не мое! Не мое, а надо. Надо хоть немного разбираться, чтобы не чувствовать себя идиотом.

И нас таких много. Нам интересны вещи либо менее глобальные — отношения людей, еда, техника; либо более глобальные — культура, наука, коты. Мы не дураки, мы можем углубляться в эти материи до тонких нюансов смысла. Но когда речь заходит о том, кому выгодно изменение допустимого процента одномандатников в региональных органах и кто за этим стоит, — тут мы сникаем и падаем в пучину комплекса неполноценности.

Мы завидуем тем, кто, шинкуя ладонями воздух, раскладывает по полочкам, кто вор, а кто шпион: они так уверены в своих выводах! Нам, чтобы сделать свои осторожные выводы, нужны факты, желательно те, которые мы добыли сами. Если бы мы потратили месяц своей жизни, изучили бы досье и тонну компромата, поговорили бы со свидетелями — мы бы тоже отважились рубануть воздух. Но нам скучно копаться в компромате, поэтому мы чувствуем себя детьми. И скучаем по той эпохе невинности, когда можно было не иметь мнения.

Тогда у нас было всегда хорошее настроение, мы не знали, что кругом несправедливость. А теперь, мучительно пытаясь разобраться, что к чему, мы скачем от одного сомнительного источника к другому, убеждаясь только в том, что хотя все врут, но все кругом однозначно плохо. И чем больше мы узнаем, тем больше понимаем, что наука эта нехит­рая, зато очень грязная. И вера в светлое будущее тускнеет, и настроение все хуже. Поняв, что мы никогда не сможем смело и красиво делать политические выводы после чтения новостей, мы выбираем эксперта, который производит наименее противное впечатление, и принимаем его позицию. Только для того, чтобы во время очередного политического спора узнать от людей, которые разбираются в политике, что наш эксперт — негодяй.

С натугой, как двоечник, кое-как освоивший систему координат, X и Y, мы решаем, за кого болеть, и пытаемся отстаивать свою точку зрения. И тут же выясняется, что кто-то из друзей, с которыми мы всегда ладили по всем вопросам, оказывается нашим политическим противником. То ли теперь разорвать с ним отношения, то ли согласиться, чтобы тут же поругаться с другими друзьями...

Я ненавижу политику. Я не хочу ею интересоваться, я не хочу знать ее секреты. Я узнаю о мироздании, об искусстве, о психологии — и мне хорошо от этих знаний. От новых знаний о вонючих хитросплетениях политических интриг мне становится плохо. Но политические игры все время вторгаются в мою жизнь — в магазине, в Интернете, в быту. Политика везде. И я должен в нее вникать. Должен, должен, должен. Потому что я взрослый, потому что я взрослый, потому что я взрослый... За что мне это?

Александр Маленков
Главный редактор журнала MAXIM
e-mail: glavred@maximonline.ru
twitter.com/SashaMalenkov


Фунтик

— Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик:
«Ага-ага, конечно. «Политика — грязное дело, приличные люди не копаются в такой бяке...» На самом деле эта фраза — тест, проверка, одна из мер, которая помогает отсеивать из политического процесса на первичном этапе людей с ай-кью как у кочерыжки.
Грязное дело — это убирать после смены на цементном заводе, да. А политика — это когда ты пытаешься влиять на события в своей стране, а не предоставляешь делать это дяде, аргументируя на уровне «а что тут поделаешь?». Вот у нас, кстати, в этом номере целый материал о том, как заниматься политикой людям, которые «ничего не могут поделать
»

Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик