Дэниел Крэйг перескакивает с культовых ролей на легендарные с той же легкостью, с какой один из его героев – с коня на НЛО. Нам удалось поймать его в полете и расспросить о водке, Достоевском и мировой закулисе.

Почему у тебя руки в царапинах? Это из какого фильма?

Нет, это я после урагана помогал друзьям разбирать поваленные у них на участке деревья. Хобби у меня такое – лесоповал!

У обычных людей все наоборот.

Я сам из обычной рабочей семьи. Как обычный ребенок, я в детстве ходил с мамой в кино и мечтал стать киноактером. Поступил в актерскую школу, долго вкалывал, может быть, даже слишком: попал на экран спустя двадцать лет.

Но ты хорошо наверстываешь. Что подтолк­нуло тебя сняться в последнем шедевре – «Девушка с татуировкой дракона», если не считать баснословного гонорара и нового витка всемирной славы?

Меня привлекает тема секретов в обществе. Мы, англичане, как и скандинавы, любим длинные зимние вечера, длинные истории, выпивку. И секретов в нашем высшем обществе тоже достаточно. Полировочку чуть соскреб – а под ней уже убийства и экстремизм. Вот мы ищем врагов в мусульманских странах, а они вокруг нас, даже, можно сказать, внутри нас. В общем, у меня было много материала для роли шведского журналиста Микаэла Блумквиста. Я разделяю взгляды главного героя: миром правят жулики и ворье. Я считаю, что ослабление госконтроля за частным бизнесом нас всех поимело.

Хм… Попробуй завести частный бизнес у нас в России – и послушаем, что ты скажешь тогда! Как ты готовился к роли?

У меня в Лондоне много друзей-журналистов с твердыми принципами и большим «я». Хорошая журналистика – одна из основных составных демократии. И если она отсутствует, то какое мы тогда свободное общество? Как только журналист жертвует правдой, он сразу становится винтиком в машине пропаганды. Я, например, большой поклонник Би-би-си, потому что это хоть и государственная организация, но люди, работающие там, похвально объективны. Но журналисты и пьют, и семьи у них разваливаются, потому что они подолгу пропадают в горячих точках и потому что быть преданным идее нелегко. Они интересные люди.

А физические упражнения входили в подготовку?

Я только закончил «Ковбоев против пришельцев» и был во-о-от такой худой! Дэвид Финчер, режиссер «Девушки...», слал мне макароны и вино – мол, ешь и пей. И я внимал его совету каждый день в течение шести месяцев. По роли мне надо было быть слегка не в форме: кто-то сказал, что журналисты мускулами не блещут.

До нас дошло, что ты совмещаешь фитнес с темным пивом.

Да, это очень важно! Эта диета... как бы ее назвать... диета «Гиннесса». «Гиннесс» делает меня большим и сильным.

В «Бонде» ты такой накачанный, а в «Ков­боях» – худой. Как тебе удается так меняться?

Тренажеры, упражнения для дыхалки, еще с «Гиннесса» перешел на вино. А возвращаясь к Бонду, я возвращаюсь и к «Гиннессу».

Кстати, о следующем «Бонде». До сих пор ты иначе, чем «Бонд № 23», про него не отзывался. Может, сейчас расскажешь что-нибудь новое?

Не-а! Но мне не терпится начать работу. Сценарий отличный! Сэм Мендес ставит, Роджер Дикинс снимает.

Кого ты видишь в роли злодея?

Лучший злодей – это умный злодей, про которого зритель тихо говорит себе: «А ведь он мне нравится!» Как Хавьер Бардем.

Как ты отдыхаешь? Еще больше тренажеров?

Я не спортсмен, я чередую занятия спортом с алкоголическими забегами. Меня дико бесит, когда считают, что для актера вроде меня отдых – занятия парашютным спортом или прыжками с «тарзанки». Мне всего этого хватает с лихвой на съемках. Зато я люблю напиться в хлам в субботу и отсыпаться все воскресенье, без этого я бы сошел с ума. Да, и еще я читать люблю!

Кстати, о чтении. Россияне помнят тебя по какой-то дикой роли в фильме «Архангельск». А кого-нибудь поприличнее на русском материале сыграть не хотелось? Может быть, в «Братьях Карамазовых»?

Упс, не дошли у меня руки до «Братьев Карамазовых»... Но мне посчастливилось побывать в России в 1989 году на гастролях, мы были во МХАТе. Там по-прежнему чувствуются традиции Станиславского и Чехова. Я ведь учился по ним. Я, кстати, и русский учил, когда играл белорусского еврея-партизана Бельского в фильме «Вызов». Я встречался с его потомками на премь­ере фильма. Не знал сперва, как начать разговор, и тут водка очень помогла.