Тариф «Настырный»: что делать, если в банкомате застрял детородный орган

Мы с большим подозрением относились к кредитам, думая, что отдавать банкомату свое кровное – это больно. Но мы ошиблись: это очень больно. Так что мы не выдержали и позвонили с претензией в банк.

На проводе: Владимир Маркони


«РЖД» — Добрый день!
— С кем имею честь, для начала?
— Меня зовут Кирилл, старший смены.
— Я звоню, чтобы пожаловаться на отвратительную работу вашего банкомата.
— В чем она заключается?
— Банкомат меня покалечил.
— Каким образом?
— Я с помощью вашего банка плачу по кредиту.
— Так.
— Я пришел в отделение, засунул карту в банкомат, открывается окошечко купюроприемника, а потом меня банкомат и калечит.
— Каким образом он калечил вас, я не понимаю, если вы рядом с ним стояли?
— В этом-то и заключалась опасность банкомата.
— Так опасность в чем именно, если с банкоматом никаких соприкосновений не производилось? Я не понимаю, вы что, туда руку засунули, в купюроприемник, или что?
— У вас нигде, ни на банкомате, ни на сайте, – нигде не написано, что в отделение купюроприемника нельзя засовывать детородный орган.
— (Длинная пауза.) Что, простите, нельзя засовывать?
— Мужской детородный орган.
— Для какой цели вы хотели, простите, как вы выразились, свой орган засунуть в купюроприемник банкомата, который служит для внесения денег?
— Тем самым я хотел сказать, что хрен я буду платить остатки по кредиту под такой конский процент.
— Причина-то в чем? Зачем вы засовывали свой орган в банкомат?
— Этим самым я хотел поступить с вашим банкоматом так, как поступает ваш банк со мной!
— Вы сами сказали, что засовываете детородный орган в купюроприемник банкомата. Для чего?!
— Это был протест против таких высоких процентов по кредиту.
— А почему вы голову туда не засунули, руку или ногу?
— Для головы там физически нет места.
— И потом, протестуйте как хотите, но это абсолютно нелогично.
— Вы понимаете, что миллионы мужчин в зоне риска из-за ваших кровожадных банкоматов?
— Вы первый и единственный человек на свете, кто догадался такое сделать.
— Ничего подобного! Дело в том, что я уже с четырьмя банкоматами разных банков эту операцию проводил.
— В другие банкоматы засовывали – там все нормально у вас?
— Там абсолютно ничего не было, ничего не зажимало и не отрезало, как в этот раз. Крайнюю плоть мне отрезало. И кто компенсирует мой ущерб?
— Вам никто ничего не компенсирует, вы сами подумайте над логичностью своего поступка.
— У вашего председателя какая, извините, национальность?
— А при чем здесь это?
— А при том, что если людей насильно записывают в иудеи, то это о чем-то говорит.
— Вас никто не записывал, и у нашего председателя национальность русская.
— Может быть, у вас какие-то другие люди этим сионистским заговором пытаются заниматься?
— У вас какие-то проблемы, связанные с расизмом, я не понимаю?
— У меня проблема в том, что ваш банкомат меня лишил крайней плоти и зажал пенис.
— Ну езжайте тогда в Иерусалим. Что вы от нас хотите?
— В Иерусалим? А еще говорите, что нет у вас сионистского заговора. Куда мне прийти, чтобы мне сразу отдали деньги? Чтобы я не подавал на вас в суд.
— А с какой стати вам должны сразу взять и отдать деньги?
— Чтобы не было шумихи в Интернете, в СМИ, а то ведь об этом могут еще и в журнале каком-нибудь написать.
— Ни один суд не будет ваш иск рассматривать. Вы только себя выставите на посмешище всего мира. Банкомат служит только для внесения денег, и все, больше он ни для чего не служит. Тем более для тех вещей, которые вы сделали.
— А нигде этого не написано.
— А никто вам не будет об этом писать!
— Никто не будет писать? Значит, точно что-то скрываете, сто процентов это ваш сионистский заговор. Все, увидимся в суде, приводите туда своих жидомасонов.
— Всего доброго, до свидания.
Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик