Николай Фоменко

К ответу!

Всеобщий любимец и человек-оркестр. Для юбилейного номера мы отловили персонажа, наиболее точно воплощающего в жизнь ценности MAXIM.

Коля, перечисли нам все свои ипостаси, а то мы уже запутались. Кем ты успел побыть за 45 лет своей жизни?

Спортсмен – спортивная школа плюс последние семь лет профессиональный гонщик. Музыкант – музыкальная школа, скрипка, симфонический оркестр, еще, возможно, ты слышал про группу «Секрет». Актер – театральный институт, театр, кино… Что еще? В 90-е годы проводил различные теле- и радиоэксперименты. Хочу снять полнометражный мультфильм в качестве режиссера. Трое детей, внук… Как-то так, брат Пушкин.

Ну и в чем секрет, извини за каламбур?

Сам не знаю почему, но все мои увеселительные прогулки – в музыку, в театр, в гонки – превращались в профессию. Нет, я понимаю, что вроде нельзя одновременно кататься на гоночной машине за деньги и играть «Рондо каприччиозо» на скрипке, но тем не менее… Знаешь, как в детстве: ты увидел новые кроссовки, вскочил в них – и давай носиться по лестницам! Взрослые так не делают, но я, сколько себя помню, я не менялся, с детства такой же. Поэтому все бегу по лестницам и не могу остановиться.

Пройдемся по дежурным темам. Начнем с женщин. Первый раз ты женился рано, в семнадцать лет. Советуешь?

Понимаешь, какая история. Если ты пошел жениться, если ты воткнул себе в паспорт эту печать… не типа закрылся в квартире и назвал трехдневный бухач гражданским браком, а всерьез – значит, ты будешь отвечать за детей. Для меня это очень важно. Ты можешь потом эту печать и вырвать, но последствия – нет. А вообще, скажу тебе честно: нас многовато стало. Я несколько подчистил бы нашу тусовку. Я как-то в Шри-Ланке вышел из самолета – и прямо до холодного пота… Толпа идет как муравьи. Коллективный разум. Моя бабушка говорила: «Как хорошо было после войны!» – «Почему, бабушка?» – «Никого народу». Такая питерская штука… Никого народу. И вот эти вот санитары леса: война, СПИД, чума – они прочищают обстановку. Десять килограммов души отведено на планету Земля. И, допустим, мы их делим между тремя миллиардами – два Леонардо получаем, как пить дать. А потом на эти десять килограммов души становится шесть миллиардов, а потом двенадцать. Это приближает нас к примитиву широкого профиля.

Сколько женщин нужно мужчине для счастья?

Одна. Но ее непросто найти, и чаще всего не везет. Секс принимается за наркотики, наркотики – за секс. Я вот пробовал, репетировал, искал, трудно, долго, пока не нашел. Тут, главное, на мозг давление не надо оказывать, рассудок только поддерживает эмоциональное движение. Мозг подруливает, но не рулит. Математический расчет тут не помогает.

Ты когда-нибудь говорил девушке, что любишь ее, чтобы затащить в постель?

Что я, сумасшедший? Зачем? Во мне такое количество гейзеров различных с рождения! А девушка что? Она же не видит мужчину. Главное – звук! Ты так быстро шутишь с ней! Они же обожают, когда смешно. Ты сразу ее на юмор – пам! И все будет отлично. Если она не уйдет в юмор, то ты просто на скорости речи ее возьмешь. Она вошла в лифт, а там лифта-то и не было! Но на первом этаже ее уже приняли.

Традиционный рок-н-ролльный вопрос: с каким максимальным количеством людей тебе доводилось просыпаться в одной постели?

Ну, может быть, человек десять – двенадцать. Мы застали самое лучшее время, до 90-х годов. «Зоопарк» и «Аквариум» так разогнали под нас ситуацию! Мы получили готовую фактуру. Началась перестройка, можно было все. А поскольку мы уже насмотрелись видеомагнитофона, то жгли не по-детски. Все, что видишь в фильме Doors, все так и было. И вдоль и поперек. Единственное что – на наш век не хватило такого количества наркотиков, они заменялись алкоголем.

Пробовал ли ты виагру?

Да. Только она появилась. Мы сидели группой товарищей, выпивали. Вбежал наш приятель: «Блин! Вот она!» – и положил ее на стол. А мы воткнули уже граммов по триста виски, все было нормально. У меня ощущение было минуте на второй-третьей, у меня так раздуло башку, клянусь! Причем в смысле давления у меня никаких проблем. В общем, я не реализовал преимущества. Вначале не поехал, потом решил, что поеду, потом все вернулись, а тут занято, а где, а я пока полежу. Я полежал, а утром встал – голова надута как мяч. А то, что находится в самом главном месте, – это просто буратинская штука, тебе просто прибили. Ты можешь удариться ею, дверь закрыть, пиджак повесить – без вопросов. Мне показалось, что это убивает все тактильные ощущения.

Ты сам воспитал дочь. Еще двое подрастают. Дети – важный ингредиент мужского счастья?

Когда росла Катя, я занимался воспитательным процессом, но это шло из головы. Я тогда и сам не далеко ушел... Сейчас я люблю ее гораздо больше благодаря малышам. Они для меня – это все. И это уже на уровне физиологии. Такого не может быть в двадцать. В тридцать надо начинать.

Мужчина без детей не может считать свою жизнь полноценной?

Это не мужчина! По большому счету. Вставлять, если честно, – это нечто сакральное. Сексом тебя награждают. Его надо заработать. Очень много людей живут, зная, как на люстре потрахаться и в магазине, но понять природу этого кайфа им не дано. Это как любовь. Осенили тебя или не осенили. Если у тебя нет с женой такого секса, будто ты спрыгнул с пятидесяти метров в воду и улетел, – считай, его нет совсем.

Что, каждый раз?

Честно говоря, да. Ну, может, иногда с пятнадцати метров, иногда со ста пятидесяти.

Когда ты в последний раз дрался?

Это ужасно. Я не дрался очень много лет, с армии. Но вот в 2006-м – два раза. Один раз автомобиль наезжал на мою жену с ребенком. Они переходят улицу, а он так медленно движется – и прямо по бедру ей. Я подошел и спросил: «Зачем вы на них едете? Они на пешеходном переходе». А он: «До перехода еще пять метров. Ты понял?» А у меня есть проблема: я плохо разговариваю на «ты». Ну вот… Моя дочь сказала: «Уау!» Нехорошо поступил.

И второй раз то же самое. Я ехал с детьми, и человек в машине напротив знаками и жестами… А дети не понимают… Ну я его пропустил, развернулся, спросил разрешения у семьи… Ну и тоже нехорошо… Дело в том, что у меня все отлично со спортом, вообще я очень быстрый и очень свободный внутренне. Драться очень умею и очень не люблю. Каждый раз с последствиями. Одному человеку глаз вот уронил. Это никогда не повторится! Я клянусь!

Когда ты в последний раз плакал?

В прошлом году. Слушал Александра Хочинского и дал такую скупую мужскую в уголке глаза… А вот так, чтоб реветь, – это давно. Десять лет назад, когда папа умер. Меня прямо пробило.

Сколько раз ты прямо сейчас сможешь подтянуться на перекладине?

Десять – двенадцать максимум. Я уже год вне большого спорта, не в той форме.

Как ты расцениваешь этот как бы подъем отечественного кинематографа?

Его нет. У нас никакого кино нет. Любой советский фильм по эмоциональному уровню, по уровню профессионализма, убийственной тонкости вышивания – он угнетает любую помойку, которая идет сейчас. Это пройдет. Другое состояние свободы должно начаться. Я пишу, или снимаю, или рисую потому, что не могу этого не делать, а не потому, что мне нужно зарабатывать бабки, чтобы прославиться.

Ну там тоже самовыражаются единицы.

Согласен. Но, с другой стороны, «Оскара» получают «Игры разума» – фильм, который находится на идеальном стыке арта и мейнстрима.

Москва или Питер?

Я выбрал Москву в силу обстоятельств. Если бы сейчас Питер был образца восьмидесятого года… Это не потому, что парню сорок пять, это к разговору про шесть миллиардов. Маленький город, абсолютно европейский, в котором жили абсолютно продвинутые граждане. Остатки разбитого вдребезги, девятнадцатый век. Мы все были воспитаны бабушками, которые разговаривали на трех языках. С одной стороны, пушкинская свобода, а с другой – абсолютный хайтек. Я уехал знаешь почему из Питера? «Храждани пассажири! Поезд красная стрела отправляисся с третьехо путя!» Путя! Я понял, что я не вернусь. Конфликт между питерцами и москвичами исчерпан. Его нет, как нет больше тех питерцев и тех москвичей.

Пару слов о твоих гонщицких делах.

Как гонщик, я закончил карьеру. Все призы собраны, я доволен достигнутым. Более того, видеть уже все это не могу. Ищу себя в менеджерском направлении. Я веду мальчика, стараюсь сделать из него мирового гонщика, есть результат.

Пару слов о «Секрете».

На столе предложений – проехать тур по стране, поднять бабла, много. Но я уперся рогом. Хотя понимаю, что не прав: есть коллектив…

Концерты не приносят удовольствия?

Приносят разочарование. Мы играли в Кремле, и на второй песне опять возникло это забытое чувство: боже, какой кошмар! Сейчас на самолет, потом опять. Двенадцать выходов за день! И все лайфом, без фанеры… Но если говорить о «Секрете», мы, может, что-нибудь ляпнем. Песен восемь – десять совершенно других, новых. Но с той же бандой.

То есть самих ребят ты пока выносишь?

Я их обожаю! Это любимые мои люди!

Правда, что твое любимое занятие – валяться в ванной и читать книжки?

Правда. Я все время валяюсь в ванной и читаю книжки. Столько лет уже… лет сорок! Вот не далее как сегодня утром. Я просыпаюсь, беру книжку, иду в ванную и провожу там час.

И что это было сегодня утром?

Культурологические лекции Лотмана. Вот человек! Что про него говорить – гений...

Чем сорок пять лучше или хуже, чем двадцать пять?

Адская штука! Представь себе: в двадцать пять ты видишь на высоте 3500 метров офигенный ресторан, где круто. И ты туда по лестнице пехом, иногда бегом, ломишься, только чтобы успеть до закрытия. А в сорок пять ты сидишь на заднем сиденье дорогого вертолета, под тобой на высоте 3500 метров десять офигенных ресторанов, и в каждом из них кричат: «Старина! Мы ждем!» И ты думаешь: «Тут я был, тут я был. А вот тут, пожалуй…» Это потрясающе! Гораздо лучше, чем в двадцать пять. В двадцать пять ты весь во власти телесного, плотского. А в сорок пять ты еще в полном порядке, ты еще можешь те же самые три раза легко. Только эти самые три раза она не забудет никогда! А про 25-летнего она наутро спросит: «Кто-кто?»

Ты счастлив?

Да.

 

Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик