Голливудский финал

На этой неделе мы прочитали пару новых романов писателей “Поколения Х” и одну книгу мемуаров позабытой всеми актрисы немого кино. Два из них нас привели в замешательство. Какие именно, читай ниже.

Чак Паланик “Кто все расскажет” (АСТ, 2012)

Голливудский финал

Постаревшая и опустившаяся голливудская дива Кэтрин Кэнтон встречает своего восьмого по счету суженого — Уэбстера Карлтона Уэстворда Третьего. Встречает вопреки тому, что ее компаньонка Хэйзи выбрасывает все цветы и подарки ухажера, сжигает его визитные карточки и переписывает любовные письма. Семеро бывших мужей - ошибки прошлого - хранятся у Кэнтон в фамильном склепе: кто в виде символической безделушки, а кто - в урне с прахом. Звезда не то чтобы “черная вдова”, но что-то очень близкое к этому определению. Хотя сама она искренне страдает от каждой потери, маниакально фиксируя царапинами от бриллианта на зеркале свой увядающий лик: каждую морщинку, каждое пигментное пятно, которое оставил ей в наследство очередной откланявшийся мужчина. Служанка Хэйзи своими действиями попросту старается уберечь хозяйку от очередных потрясений. Однако, назойливому Уэбстеру явно не терпится присоединится к этой компании “бывших”.

Ты не поверишь, но такова завязка новой книги Паланика — предпоследней на данный момент (но последней из переведенных). Никаких тебе бойцовских клубов, никаких кишечнополостных историй — ни одного андердога и маргинала на все триста страниц! Самый известный в России писатель “Поколения Х” свернул с накатанной дорожки и перенес провокацию в несколько иную плоскость - в форму повествования. Как и его предыдущий “Пигмей” ставил какие-то невнятные эксперименты с грамматикой (которые в переводе все равно далеки от задуманного), так и нынешний пытается как-то извернуться в области языка.

Затруднительно объяснить на пальцах, что же такого с формой “Кто все расскажет”. Так или иначе, роман написан в виде сценария. Его пишет по ходу действия та самая компаньонка Хэйзи, которая мешает счастью влюбленных. Казалось бы, ну что? Но все гораздо сложней. Творение Хэйзи — это только один из уровней текста. Одновременно с “историей любви” Кэтрин и Уэбстера разворачивается еще и история Лилиан Хэллман — реально существовавшей личности, драматурга и известной выдумщицы. Та страдает синдромом Турэтта — вокальным тиком, да еще таким, когда звукоподражания животным смешиваются с известными светскими фамилиями и выскакивают в речи через каждые два предложения (выглядит это примерно так: хрю, гав, Чарльз Фостер Кейн; ко-ко-ко, мяу, Лилиан Гиш). В итоге получается литературная матрешка: снаружи - сценарий Хэллман, написанный очень неудачным (вроде как модернистским) языком, следующим слоем - сценарий Хэйзи, а внутри - история Уэбстера. Наконец и герой-любовник тоже пишет кое-что (и это уже четвертый текст) — биографию Кэнтрин Кэнтон с уже запланированным “несчастливым” концом, который сам и намерен исполнить. Запутался? Не бери в голову. В конце концов, вся эта чертовщина все равно смешивается в одну кучу. При желании весь роман можно интерпретировать, как застольный монолог свихнувшейся бродвейской сценаристки — то есть, все действие вмещается в какие-то несколько минут. И Паланику такие выкрутасы явно не по зубам.

Луиза Брукс “Лулу в Голливуде” (Rosebud Publishing, 2008)

Голливудский финал

Далеко не новые, но трагически недооцененные мемуары звезды немого кинематографа Луизы Брукс, “девушки в черном шлеме”, “одной из самых начитанных дур на свете”. Перестав сниматься в 1931 году, Брукс ушла в тень и постепенно забылась. Открыли заново ее только на выставке в честь шестидесятилетия кино, тогда директор французской синематики Анри Ланглуа провозгласил: “Нет никакой Гарбо. Нет никакой Дитрих. Есть только Луиза Брукс!” Ну а поскольку паланиковский роман опирается на фигуры Гарбо, Дитрих и еще десятка других кинодив (актриса Кэтрин Кэнтон — это некий собирательный образ), то “Лулу в Голливуде” станет хорошим ключом к разгадке “Кто все расскажет”, где беспорядочно выскакивают километры имен. В воспоминаниях Брукс эти имена еще и обретают некое лицо. Хотя, для знакомства с фигурой Лулу, читать Паланика вовсе не обязательно.


Брет Истон Эллис “Ампирные спальни” (Эксмо, 2012)

Голливудский финал

Новая книга еще одного писателя-иксера (пусть все эти поколенческие вещи и придуманы в Америке — в частности термин Generation X введен Дугласом Коуплендом, — но основную службу они сослужили именно нашим издателям; они в свое время использовали эту демографию в качестве классификатора; ты, наверное, помнишь полки магазинов, забитые оранжевыми томами). Продолжение дебютного романа “Ниже нуля”, морализирующего над группой распустившихся калифорнийских ребят из “золотой молодежи”, которым нелегко пришлось в восьмидесятые. Повзрослевший Клэй (в книге прошло столько же лет, сколько и в реальности — 25) возвращается из Нью-Йорка в Лос-Анджелес для участия в кастинге фильма, к которому написал сценарий. Только он успевает сойти с самолета, как к нему на хвост садится синий джип. На мобильный начинают приходить загадочные смс с неизвестного номера, а призраки прошлого атакуют и без того подорванную алкоголем и наркотиками хрупкую ткань реальности. Первая треть романа в основных сюжетных узлах повторяет дебютную книгу — Клэй встречает своих старых друзей, почти в том же порядке, — а заканчивается все так, как следовало бы завершить “Ниже нуля” 25 лет назад. Разве что только с чрезмерной жестокостью. Обложка у нынешнего Эллиса хоть куда, с таким же успехом можно было разместить на ней совокупляющихся страусов.

Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик