Голый Лесли Нильсен. «Оскар» за лучшую жизнь!

Доктор из «Аэроплана», президент из «Очень страшного кино 3», лейтенант из «Голого пистолета» и Лесли Нильсен из нашей жизни. Точнее, уже с того света.

Лесли Нильсен на унитазе

Лесли Нильсен родился в Канаде, что, с точки зрения американцев, уже шутка. К трону короля пародийного кино он шел длинной извилистой дорожкой — сквозь балаган живого телевидения 50-х, костюмные драмы и вестерны 60-х, оголтелое трэш-кино 70-х. Когда Нильсен стараниями сценаристов превратился в самого уморительного долдона современного кино, заслуженному артисту уже было хорошо за пятьдесят. И вот тут-то началась его вторая — идеальная — биография…

Последние двадцать лет своей жизни и карьеры Лесли, законно застолбив за собой жанр кинокомедии под названием «фильм с Лесли Нильсеном», провел в почетном звании самой седой и бородатой шутки Голливуда. Четыре года назад 28 ноября так и не ушедший на пенсию 84-летний комик умер в пенсионерских тропиках Флориды. А началось все много лет назад на самой границе полярного круга…


Нильсен появился на свет там, где только и мог появиться на свет самый непрошибаемый полицейский всех времен и народов, — в канадской провинции Саскачеван, которую многие местные жители не без гордости считают родиной снежного человека. Отец будущего «инспектора Дребина» — статный мужчина датских кровей Ингвард Нильсен — был констеблем Королевской конной полиции Канады. В народе их ласково называют mounties. Эти внушительного вида парни и девушки в красных камзолах, широкополых шляпах и при лошади до сих пор не только выполняют в Канаде законоохранительные функции, но и служат чем-то вроде пограничных войск северных территорий. Именно таким бойцом отмороженного фронта был отец Лесли Нильсена. Будущему актеру пришлось провести детство в двухстах километрах от полярного круга, в душевном местечке под названием Форт-Норман. «В нашей деревне было пятнадцать человек,  включая пятерых нас — родителей и меня с братьями, — с нескрываемой ностальгией вспоминал Нильсен. — Если отцу случалось кого-то арестовать по зиме, то приходилось ждать весенней оттепели, чтобы сдать преступника окружным властям». «Пусть и в виде замороженного овоща», — добавил бы Дребин.

Лесли с лосем

Лесли рос парнем хоть куда и часто шел на крайние меры, что привлечь внимание местных ледяных красоток. «Я развозил газеты на велике в 50-градусный мороз. Мне хотелось нравиться девчонкам, поэтому приходилось прибегать к хитростям. Тогда в моде был кок. И, чтобы «пустить волну» по волосам, я мочил их, пускал волну ко лбу и выходил на две секунды на мороз. Прическа тут же с характерным хрустом затвердевала». Вследствие этих опасных экспериментов над своим здоровьем или благодаря врожденному дефекту, но Нильсен с детства страдал глухотой и всю жизнь носил слуховой аппарат. Это, кстати, не помешало 17-летнему юнцу сбежать из дома в армию. На дворе стоял 1945 год, но парню не хотелось на войну, у него была другая причина покинуть родные пенаты: суровый папаша Ингвард имел скверную привычку мутузить жену и отпрысков. «Прошло много времени, прежде чем я осознал, что вырос в не шибко счастливой семье», — признавался актер.

Униформа и акцент

Молодой Лесли Нильсен

Отучившись на бойца противовоздушного взвода по специальности «пулеметчик» и проработав некоторое время радиодиджеем, блондин приятной наружности и в самом расцвете сил решил переквалифицироваться в артисты. Нильсен записался в актерскую академию в Торонто, откуда совсем скоро перевелся в престижную школу Neighbour­hood Playhouse в Нью-Йорке. «Получив предложение стать стипендиатом в Нью-Йорке, я не имел права отказаться. Хотя было боязно: ощущал я себя конченым провинциалом. Мне казалось, что я притащил на Манхэттен все наши канадские сугробы и вязаные свитеры, не говоря об акценте. Все время моего обучения я на полном серьезе ждал, что меня вот-вот вызовут в кабинет директора и скажут: «Ладно, бездарь, ты и так у нас отнял слишком много времени. Отправляем тебя обратно в Канаду». Но ничего, пронесло. Уже в 1948 году 22-летний студент отметился дебютной ролью в телепостановке, на пару с другой восходящей звездой — Чарлтоном Хестоном. Стоит заметить, что телевидение в те годы было исключительно «живым»: все постановки и фильмы разыгрывались в прямом эфире. Это был настоящий, плохо отрепетированный телетеатр! Нильсен быстро освоился в этой шебутной стихии: только 1950 году он засветился в пятидесяти «живых» телепостановках. «Золотой век телевидения приносил мне не очень много золота», — иронизировал годы спустя актер, получавший за свои роли от 75 до 100 долларов.

Лесли Нильсен в Запретной планете

Вскоре новичка приметили в Голливуде, он заключил контракт с MGM и принялся убедительно фигурировать в главных ролях и на подхвате в бесконечной череде кинопроизведений не самого высшего сорта. Были среди ранних работ Нильсена и фильмы, полюбившиеся американцам и ставшие со временем культовыми. Прежде всего это «Запретная планета» (1956) — картина, сыгравшая знаковую роль в становлении жанра научной фантастики и повлиявшая, например, на создателей «Звездного пути». «Все, что мне нужно было делать, — это с достоинством носить узкую униформу и строить глазки моей партнерше Энн Фрэнсис», — объяснял свою актерскую сверхзадачу Нильсен. И был, разумеется, прав. «Мне пришлось переиграть массу всяких лидеров и руководителей. Дело, видимо, в моем властном канадском акценте». По его собственному признанию, Нильсен, будучи актером-контрактником на большой студии, пробовался во все большие постановки MGM того времени вроде «Бен-Гура», но всегда пропускал вперед своих более удачливых и талантливых коллег. В итоге актер ушел со студии на вольные хлеба, прежде всего — телевизионные.


Солянка и невинность

В 60-е — 70-е годы он переиграл всех мыслимых преступников-злодеев в полицейских сериалах («Гавайи пять-ноль», «Коломбо», «Улицы Сан-Франциско», «Коджак», «Кэннон», «Спецотдел» и т. д.), пародированием которых и прославился уже в 80-е. В 1972-м состоялась единственная вылазка Лесли в высокобюджетное кино: артист сыграл второстепенную роль капитана в фильме катастроф «Приключение «Посейдона». В основном же труды и дни ветерана обшарпанного целлулоида протекали в копеечном кинематографе серии B — как раз того образца, который так любил рекламировать Тарантино в своих интервью 90-х. Эталонный пример — каратистская драка Нильсена и Гэри Локвуда из триллера «Проект: убийство» (1976).

Так тихой сапой наступило очередное десятилетие, год 80-й, а с ним и выход на авансцену двух пожилых актеров. Первым был, разумеется, Рональд Рейган, ну а вторым — наш герой. На самом деле Нильсен и брать­я Цукеры, а также примкнувший к ним Джим Абрахамс ко времени работы над эпохальным «Аэропланом» уже встречались на одной съемочной площадке. Было это за три года до «Аэроплана». Фильм назывался The Kentucky Fried Movie, режиссером был Джон Лэндис (ему было суждено уже буквально через год прославиться нестареющим «Зверинцем»), а сценарий писала как раз веселая троица: Цукер — Абрахамс — Цукер. То был их кинодебют, а Нильсен сыграл крошечную закадровую роль в одном из скетчей фильма-солянки.

Когда через три года троица готовилась к съемкам своего фильма-прорыва, весельчаки вспомнили про матерого ветерана полицейских драм и городских триллеров со смешным бюджетом и кровавым концом. И вспомнили неспроста. «Мы искали актеров, которые никогда до этого не снимались в комедиях, — вспоминает Дэвид Цукер. — Нильсен, Ллойд Бриджес, Роберт Стэк, Питер Грейвс — все они собаку съели на телефильмах и кино серии B. Для зрителя, который шел в кинотеатр, картина должна была иметь вывеску типичного жанрового фильма. В этом был весь фокус. Нильсен стал самой неожиданной удачей: оказалось, что он может выглядеть естественно внутри самых идиотских обстоятельств, как будто все именно так и должно быть. Он всегда смешной, потому что никогда не старается быть смешным. Другой актер на его месте выглядел бы напыщенным уродом, а в Лесли есть невинность кристально честного идиота. Мы могли набрать в фильм банду комиков, которые бы превратили «Аэроплан» в фестиваль ужимок и подмигиваний. Но хотели мы другого — прожженных ветеранов «серьезного» кино в самых дурацких обстоятельствах».


Ширли и цимес

В «Аэроплане» Нильсен грандиозно сыграл роль доброго доктора Румака, раздающего пощечины пассажиркам-истеричкам и постоянно изрекающего в ответ на вопрос «Surely you can't be serious?» историческое «I am serious. And don't call me Shirley». Цитата сия со временем заняла почетное место в топ-листе «Сотни самых великих цитат американского кино» и, увы, так ни разу и не была адекватно переведена на русский. Даже лучшие народные субтитры отделываются ремаркой «игра слов».

«До сих пор вздрагиваю, когда люди спрашивают меня на улице: «Surely you can't be serious?» — делился впечатлениями актер незадолго до смерти. Что касается самой роли, то считается, что Цукеры и Абрахамс пошли «против типажа», взяв меня на роль. А я считаю, что меня до «Аэроплана» использовали «против типажа». Я всегда любил придуриваться, но делал это между дублями. И вот наконец получил возможность превратить комедию в свое ремесло. На самом деле я всегда только об этом и мечтал». «Что ж, аминь!» — только и оставалось выдохнуть Цукерам, которые уже свой следующий проект, телесериал «Полицейский отряд» (1982), построили целиком вокруг Нильсена. Показательно, что, получив карт-бланш после убойного кассового успеха «Аэроплана» (80 миллионов долларов сборов против 3 миллионов бюджета), Цукер — Абрахамс — Цукер решили осуществить следующий замысел на телевидении — казалось бы, в более свободном по духу и пригодном для беспредельничанья формате. Но «Полицейский отряд» не нашел своей аудитории и сошел на нет после шести эпизодов.

Вполне вероятно, телеаудитория, куда более консервативная, чем кинозрительская, оказалась просто не готова к пародийно-абсурдным подвигам детектива Фрэнка Дребина и его команды. У Нильсена было свое объяснение фиаско: «Такому типу юмора было не место на телевидении: он требовал пристального внимания». Ну и правда, большой процент телеаудитории имел все шансы упустить самый цимес сериала. Например, шикарные «эпилоги», которыми завершались все серии: пародируя типичный финальный стоп-кадр рядового сериала, Дребин и капитан полиции замирали в дурацких позах, в то время как вокруг них начинало твориться черт-те что: в офисе рушились стены и потолок, по столам принималась прыгать мартышка с полицейским значком и т. п. А роскошные камео «гостевых звезд», которые погибали самым идиотским образом через секунду после появления титра, представлявшего их!


Пистолет и рецидив

Лесли Нильсен и пистолет

Принято считать, что популярность сериала среди продвинутых групп населения быстро перевесила первоначальный провал и тут же привела к появлению киноверсии похождений Дребина — голой пистолетной трилогии. Но это совсем не так: потребовались долгие пять лет повторных показов и накопления критической массы фанатского энтузиазма, чтобы проект «Голого пистолета» двинулся в сторону больших экранов. За годы, прошедшие между теле- и кинопоявлениями детектива Дребина, Нильсен успел вернуться на круги своя — снялся в полутора десятках отстойных фильмов и парочке пристойных (вроде легендарного «Крип-шоу» Джорджа Ромеро). В известной драме «Сумасшедшая» Лесли сыграл свою последнюю «серьезную» роль — подонка, сраженного насмерть заглавной героиней, проституткой в пафосном исполнении Барб­ры Стрейзанд. Дело было в 1987 году, а уже в 1988-м на больших американских экранах (и в телеящиках отечественных видеосалонов) появилась первая серия «Голого пистолета», навсегда взявшая в плен сердца целого поколения. Еще бы! Человеку, смахнувшему с лысины Михаила Сергеевича Горбачева злополучное родимое пятно, можно было простить все. Даже эпическое мочеиспускание с невыключенным микрофоном. «Цукеры и Абрахамс первыми разглядели во мне мою врожденную глупость и смогли направить ее в русло новой для меня карьеры. Это было великолепно!»

Как любой большой артист, Нильсен вложил в своего любимого героя щепотку персональных наблюдений: Дребин напоминал Нильсену тупоголовых чиновников его родной Канады. Для всего остального человечества Нильсен стал тождествен Дребину: нешуточные 78 миллионов кассовых сборов привели к появлению вполне удачного сиквела и чуть менее успешной, но тоже не противной третьей серии. На волне успеха похождений Дребина актер даже умудрился издать пародийную автобиографию «Голая правда», в которой потешно переписал историю Голливуда под знаком величия Лесли Нильсена: «Я должен всегда следить за собой, чтобы, не дай бог, не пропустить, когда изреку что-нибудь необычайно значительное».

В 90-е жанр «фильм с Лесли Нильсеном» продолжал цвести буйным цветом: новые поделки появлялись практически ежегодно. Качество фильмов все снижалось, аудитория уменьшалась, и все равно фанатам актера есть что вспомнить. Да хоть пародию на «Экзорциста» под названием «Рецидив», или «Дракулу, мертвого и довольного этим», или даже кретинского «Без вины виноватого»! Последний фильм, кстати, был интересен прежде всего тем, что Нильсен в 60-х годах снимался в оригинальной телеверсии «Бег­леца», киноверсию которого (с Харрисоном Фордом) «Без вины виноватый» как раз и обстебывал. Что ж, если твоя карьера длится шесть десятилетий, все в ней может закрючковаться и похлеще.


Пердушка и тропики

В любом случае 90-е навсегда останутся декадой дистилляции жанра «фильм с Лесли Нильсеном», выпущенного на волю гениальным прозрением Цукеров и в итоге выродившегося в нечто, что можно назвать пародией на пародию.

Сам Лесли выдоил из своего золотого десятилетия все, что мог, — пробовал сниматься в детском кино (с катастрофическими последствиями) и презентовал инструктажные видео по гольфу: «В гольфе у меня нет никаких амбиций и целей. Единственное, чего я желаю всей душой, — это сниматься столько, сколько необходимо, чтобы поддерживать свой какой-никакой звездный статус. И все для того, чтобы меня продолжали на халяву приглашать на турниры по гольфу. В гольф играют не для того, чтобы опозориться. Но даже когда ты позорно играешь в гольф, чувствуешь себя прекрасно!» Он даже запродал свою физиономию в проморолик математической интеллектуальной игры «Уравнения»!

Тогда же, в 90-е, Лесли для поддержания имиджа принялся ходить на ток-шоу с подушкой-пердушкой за пазухой. С ней, любимой, он пришел даже на шоу Дэвида Леттермана.

Подушка-пердушка была личным талисманом Нильсена: именно ее он притащил на прослушивание, когда получил роль в «Аэроплане». Кроме того, талисман Лесли часто выполнял куда более высокое социально-нравственное предназначение: подушка-пердушка не только веселила людей, но и заставляла их мириться с существованием друг друга. «Свою подушку я ношу с собой всегда, и вот почему. Однажды я пил в баре и, направляясь в туалет, увидел, что два мужика вот-вот начнут драться. Ну, я втиснулся между ними, изобразил пук-пук и спросил с невинным выражением лица: «А где тут тубзик?» Парни сперва посмотрели друг на друга, потом на меня и тут же легли под стол от смеха. Драку пришлось отменить». Прискорбно, но доброта, с которой Нильсен относился к людям, часто выходила ему боком. В последние годы над ставшим совсем тугим на ухо актером часто по-хамски потешались ведущие жлобских радиошоу. Насмешек становилось все больше еще и потому, что фильмы с Нильсеном в 2000-х (за исключением, может быть, «Американской сказки») снимались где-то явно за гранью добра и зла. И юмора.

Но даже последнее его десятилетие не прошло для старика даром: ветеран ста фильмов и полутора тысяч телешоу в четвертый раз женился, наконец-то по-настоящему познакомился с английской королевой Елизаветой (к сожалению, знакомство получилось не таким эффектным, как в «Голом пистолете») и чуть было не снялся в четвертой серии дребиниады. В 2008-м Лесли поведал публике: «Идея новой серии муссируется, но плана пока нет. С другой стороны, никогда не говори «никогда» — кроме тех случаев, когда тебе только что дали по морде холодной камбалой».

Голый Лесли Нильсен. «Оскар» за лучшую жизнь!

Актер умер 28 ноября прошлого года в Форт-Лодер­дейле, окруженный семьей и друзьями. Родившийся у полярного круга, ушел из жизни в тропиках. Держа в уме жизненные виражи Нильсена и тот факт, что звезда серьезного кино прославился в идиотских комедиях сорок лет спустя после старта карьеры, все это не кажется чем-то странным. Он много чего не успел сделать: «У меня так и не получилось сняться в ремейке какого-нибудь фильма Фреда Астера или Джина Келли. Видимо, уже не доживу и до своего дебюта в «Ла Скала». Кроме того, мне жаль, что я уже не влезаю в штаны, которые носил, когда мне было тридцать пять. Тем не менее моя жизнь удалась: я зарабатывал достаточно и даже пару десятилетий жил без забот. Что тоже неплохо. Еще я люблю арахисовое масло, желе и когда мне неожиданно приходят чеки по почте». И главное, он оставил после себя образ, автоматически вызывающий улыбку у всех, кого посещает мысль о Лесли Нильсене, не говоря уж о тех, кого угораздит в сто первый раз пересмотреть одну из серий «Голого пистолета». «Везде, где бы я ни появился, люди приветствовали меня большим пальцем вверх. Они понимают, что Дребин совсем неопасен. Он просто идиот. И поэтому всем нравится. А это ведь самое главное, не правда ли?»

Лесли в роли Тома
Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик