Фото: /

4

Окончив экономический факультет сельскохозяйственного института в Ростове-на-Дону, Маша снялась в 22 фильмах и сериалах. Но миллионы мужчин любят ее не только за это.

Интервью: Игорь Чер-ский

Фото: Юрий Кольцов

Стиль: Ирина Волкова

Я с большим подозрением отношусь к людям, которые считают себя секс-символами. Может, их никто не любит? Я могу назвать себя актрисой, студенткой, мамой – и это нормально. А считать себя секс-символом – по-моему, не совсем...

Я заканчиваю Щукинский театральный институт и буду актрисой.

А вот теперь я буду дважды актрисой. Актрисой-актрисой. И никто не сможет задать мне дурацкий вопрос: «А вы модель?»

Я была уже совсем взрослая: двадцать один. При этом я не собиралась становиться мо­делью, и вообще этот бизнес в нашей семье не приветствовался.

Ну почти. Друг без моего ведома отправил мои фотографии на конкурс в одну из ростовских газет. Они там победили, и уже через месяц я начала зарабатывать первые деньги на московских подиумах.

А так и есть. Я вообще считаю, что это очень странная цель в жизни – стать моделью и быть у всех на виду. И мне кажется, что девушки, которые так страстно этого хотят, редко чего-нибудь добиваются. Знаете, это как когда женщина очень активно пытается привлечь мужчину – реакция обратная. Честно говоря, не люблю сниматься обнаженной – ни для фото, ни для кино.

А это иллюзия. Да, если войти в Интернет, сразу покажется, что Мария Семкина с утра до ночи занимается производством своих откровенных фото. Хотя на самом деле в последний раз это было больше десяти лет назад. И на каверзные вопросы неприятных мне журналистов, которые норовят припомнить мне мое прошлое: «А вам не стыдно за эти вот фотосессии?» – я всегда отвечаю: «Ну, если вы их помните спустя десять лет, то это скорее повод для гордости».

Я очень много снималась в рекламе. И для какого-то автосалона решили снять такую картину: женские ноги, стоящие на капоте, и надпись «В ногах правды нет – купи машину». Я понимала, что шансов получить эту работу у меня нет никаких по сравнению с девушками, которые выше меня на 15–20 сантимет­ров (у меня –172). Но на кастинг все же пришла. И вот выходит заказчик, обводит глазами толпу жаждущих, останавливает взгляд на мне – и происходит какой-то необъяснимый визуальный контакт. Так бывает в толпе людей: видишь кого-то – и пошло-поехало, любовь с первого взгляда и все такое. Но тогда я только работу получила, честно.

Да? Ну, может быть. Но я до сих пор не понимаю, почему он меня выбрал.

Совсем скоро выйдет веселая и многообещающая экранизация «Малыша и Карлсона».

Я играю маму Малыша. Такую современную маму современного Малыша. Карлсона играет Миша Галустян, Куценко играет грабителя, папу – Верник. В общем, там отличный состав. Фильм должен выйти ближе к Новому году.

Я не буду отвечать на этот вопрос. Если вы берете женщину на обложку – значит, у нее все хорошо. Или они снимаются, чтобы продать себя и чтобы все изменилось?

Ничего, время всегда найти можно. Напрячь волю, расставить приоритеты. Составить жесткое расписание и выкроить необходимые часы на личную жизнь.

Да, конечно. Не знаю, уместно ли упоминать в таком серьезном издании, как MAXIM, сериал «Папины дочки», но на всех заправочных станциях, автосервисах и так далее работники меня узнают почему-то именно по нему. И все время просят сфотографироваться.

Зависит от возраста попросившего. Если до четырнадцати лет – не отказываю. А дальше – смотря по ситуации. Некоторые же начинают с просьбы сфотографироваться, а потом подходят поближе, приобнять норовят… Я должна все это терпеть? А самый жестокий, глупый и смешной вид приставания – это в бассейне или на море. Когда рядом с твоей головой проплывает другая и говорит: «Здравствуйте! Я вас узнал!» И что?

Бассейн есть. Там просто другого уровня посторонние.