Блог Марии Микулиной об истории.
Мария Микулина, 22.05.2012

О том, как урожай XVI века влияет на нас современных

title

Начну от печки. Готовясь к поступлению на исторический факультет, я искрилась энтузиазмом аки сломанная розетка. Я буду изучать латынь! Я углублюсь в историю икон! Я погружусь в XVIII век! Трепещите, жабо, я иду!

За годы обучения энтузиазм поубавился. Думаю, во всем виновата Лень. Немного я сама, но все же больше Лень. С горем пополам я выучила Non rex est lex, sed lex est rex и еще 99 латинских фраз к экзамену. Постер с «Троицей» Рублева уже не висел на стене, а лежал свернутым в углу. Только жабо еще держали меня на плаву.

История начала приобретать очертания иллюзии, романтического пшика. Серьезно. Когда сидишь в ледяной аудитории и всерьез рассуждаешь о роли мушкенума в Древнем Вавилоне, основываясь на Законах из Эшнунны XIX века до н.э., кажется, что ты обкурился, ничего не покурив.

Но бывали и исключения – моменты прозрения и погружения. Один из них связан с академиком Леонидом Васильевичем Миловым, чьи семинары я имела удовольствие посещать. На семинарах Леонид Васильевич пересказывал нам свою монографию «Великорусский пахарь». Поначалу казалось, что старичок (при всем уважении) бредит. Написал монографию, гордится этим, дело всей жизни и пр. и пр. Ан нет. Спустя пару лет после выпуска я перечитала «Пахаря» и подумала: «Ух!»

До меня дошло, что академик Милов, основываясь на актовых материалах XVI-XVII веков и природно-климатическом анализе, популярно объяснил, почему у нас в стране вот уже много веков все через ж… в общем, per rectum. Оказывается, во всем виноват суровый климат, капризная почва и редкое солнце.

Поясняю. Средний урожай крестьянина в XVI веке равнялся «сам-3». То есть, крестьянин, посадив один мешок зерна, на выходе получал три мешка. Кажется – о, три мешка, неплохой результат! Ничего подобного. Один мешок сразу откладываешь на посев. А то и два – неизвестно, какая будет погода, и что уродится. Теперь у тебя остался один мешок. Им нужно накормить семью, детей, скотину. И самому неплохо бы поесть.

Плюс, в нечерноземной части России весной частенько заморозки – все, урожай накрылся. Что делать, куда идти? Супермаркеты еще не придумали, да и деньги особенно тоже. Оставалось брать в долг. И крестьянин шел к близлежащему феодалу. Тот говорил ему примерно следующее: «Окей, я дам тебе овса. А за это ты должен будешь пахать мою землю три дня в неделю». Вскоре три дня превращались в шесть. Крестьянин из радищевского «Путешествия из Петербурга в Москву» так описал свои будни: «В неделе-то, барин, шесть дней, а мы шесть раз в неделю ходим на барщину».

Понадобится еще много лет, чтобы из нашего (моего в том числе) национального характера исчезли рабские черты.

Получается, что никакого другого пути, кроме крепостного, на Руси не было. Веками формировался тип затюканного русского человека, привыкшего к тому, что власть – это монолог. В Западной Европе, напротив, власть – это, зачастую, диалог. А все потому, что средние показатели урожайности там испокон веков от сам-7 и выше. Не было необходимости влезать в кабалу. Это создавало правильные, здоровые отношения между феодалом и крестьянами. Общение, сотрудничество. Да, феодал мог заставить соседских крестьян днем подстригать его сады, но за это крестьяне ночью украшали сады стадами квакающих лягушек.

Понадобится еще много лет, чтобы из нашего (моего в том числе) национального характера исчезли рабские черты. Понадобятся многие митинги, метры белых лент и миллиарды испорченных бюллетеней. Мы всего 100 лет как оторвались от капризной русской земли и совсем недавно припали к услужливым айфонам. Власть еще чувствует себя феодалом. Но радует то, что, в отличие от XVI века – безосновательно.

Комментарии
Декабрьский номер
Декабрьский номер

100 самых сексуальных женщин страны 2016 в декабрьском MAXIM!

Новости партнеров

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик