Блог Ярослава Свиридова о явлениях, которые вызывают у человечества смех.
Ярослав Свиридов, 03.03.2014

Что наша жизнь? Курбифюфель!

title

На прошлой неделе мне пришлось оборвать колонку, посвященную настольным играм, практически на полуслове. Чтобы не повторяться, я не стану снова писать начало этого слова, а продолжу прямо с того места, где замолчал. Итак.

...ите, узнать, не фальшивые ли деньги оказались в вашей коробке «Монополии», посмотрите их на свет. На настоящих купюрах вы должны увидеть надпись «Ты что, дурак? Ну кому придет в голову подделывать деньги из «Монополии»?»

Внимательный и привередливый читатель может сказать: «В прошлой колонке ты упомянул, что у тебя на шкафу целые залежи настольных игр, но продолжаешь твердить об одной только о «Монополии». Такое ощущение, что ее производители платят тебе за рекламу...»

Ха-ха, какая чушь! Никто мне не платит. (Кстати, где в Москве пункт обмена денег из «Монополии» на валюту с самым выгодным курсом? Не для себя спрашиваю. Спрашиваю для друга, которому я задолжал крупную сумму.)

Несмотря на неприятный панибратский тон (почему этот внимательный и привередливый читатель называет меня на ты? Правил приличия для него не существует? Он что, депутат Думы?) высказанная претензия вполне обоснована.

А потому перейдем к следующему пункту, к игре «Мкртчян». Тьфу! Я хотел сказать — «Скрэббл». И в том, и другом слове на шесть согласных приходится всего одна гласная, поэтому я их постоянно путаю. С английского «Скрэббл» переводится как «Эрудит». (Кстати, запомните полезную фразу для туриста: “I’m a scrabble! I have a dog. My dog is green!” — «Я эрудит! Где тут у вас библиотека? А в ней есть туалет?»)

Что наша жизнь? Курбифюфель!

Я начал приучать дочь к «Эрудиту» уже с полутора лет. Первые два года, правда, она вместо того, чтобы составлять слова, засовывала костяшки с буквами себе в нос. Зато научившись читать, дочь стала серьезным соперником. Еще бы! Если ей не доставало какой-нибудь буквы, она всегда могла достать нужную костяшку из носа.

Да! Пока не забыл. Личная просьба: почаще употребляйте в Интернете слово «курбифюфель». Однажды это слово принесло мне решающие 89 очков, а мои друзья не верят, что оно существует и означает — «обманный маневр, чтобы нечестным образом победить в игре».

Внимательный и привередливый читатель: Кхе-кхе...

Я: Ну?

Внимательный и привередливый читатель: Как-то все это несерьезно. Сначала «Монополия», теперь «Эрудит».

Я: И чё?

Внимательный и привередливый читатель: Да это то же самое, как если бы человек утверждал, что он меломан, но на просьбу перечислить любимые альбомы мог называть только сборник “20 Romantic Love Songs” и «еще один классный такой диск, там на обложке еще чувак такой с гитарой». Что-то я начинаю сомневаться, что ты вообще видел в жизни больше двух настольных игр.

Внимательный и привередливый читатель (которого в дальнейшем для удобства я буду называть «кретин»), конечно, неправ. Две игры, скажет тоже! А «Географическое лото»! Игра, которой я обязан практически всеми знаниями об окружающем мире. Кит — самое крупное млекопитающее; от Земли до Солнца сколько-то там тысяч метров; Крузенштерн — мореплаватель, открывший проход к Беллинсгаузену; у кенгуру тоже есть душа… Все это я запомнил с детства. Жаль, переиздания классического советского «Географического лото» сейчас на полках не встретишь. Наверное, игру не хотят выпускать в прежнем виде из-за того, что Пржевальский на том своем портрете был просто вылитой копией Сталина. Печально, печально... Где современный ребенок сможет узнать, как выглядит топографический знак «Горелый лес»? В подворотне?!

Что наша жизнь? Курбифюфель!

С другой стороны — сегодняшний ассортимент настольных забав весьма обширен и способен удовлетворить даже самые идиотские запросы. Правда, многие игры при ближайшем рассмотрении оказываются не более чем картонным воплощением классических развлечений. Например, существует не меньше десятка разновидностей стариннейшей игры, в которой участники средствами пантомимы должны показать загаданное слово. («Единорог? Нет? Единорог без рога! Да? Да? Нет? Единорог без рога, но с усами?.. А! Понял! Лошадь Сталина!» — «Да нет же! Лошадь Пржевальского!») Видимо, контингент покупателей, неспособных самостоятельно придумать десять слов, достаточно велик. Я все жду, когда в продаже появится игра «Прятки», в которой на карточках игроков будет написано, куда им прятаться, а на карточках ведущего — где ему следует поискать.

К счастью, любую, даже самую скучную, настольную игру можно превратить в невероятно увлекательное предприятие, если внести в правила простое условие — проигрывающий снимает с себя один из предметов одежды. Обратите внимание: предварительно вам необходимо предупредить и остальных игроков, что игра ведется на раздевание. Казалось бы — мелочь! Но меня уже дважды выкидывали в одних трусах на лестничную площадку.

Чего стоит опасаться в магазине настольных игр, так это коробки, на которой написано «Манчкин». К этой игре я такую личную неприязнь испытываю, «что кушать не могу», как говорил Фрунзик Скрэббл.

Что наша жизнь? Курбифюфель!

Первое потрясение от «Манчкина» я испытал, когда, раскрыв дома упаковку, выяснил, что мне досталась не сама игра, а дополнительные карточки к ней, которые без базового набора так же бесполезны, как колода без крестей, червей, пик и бубновой девятки.

Со временем обида забылась, рана в душе зажила и, решив довести начатое до конца, я купил базовый «Манчкин». Он-то меня и добил. Я не смог понять правила. Казалось, что инструкцию к игре написал человек, который осоловел из-за того, что не спал четыре ночи подряд, но упорно поддерживал себя в возбужденном состоянии с помощью вёдер кофе. Все семь страниц правил были выдержаны в туманно-возбужденной стилистике. Если бы речь шла о шахматах, это бы звучало примерно так: «Добро пожаловать в самую безбашенную игру! Прежде чем начать лихой махач, расставьте черные и белые фигуры в два ряда насупротив! Слоны должны маячить где-то с краю! Готово? Эге-гей! Понеслась! Ах да! Самое главное! Конь ходит одной из букв!»

Я четыре раза перечитал инструкцию. Я нашел правила на английском. Они оказались изложены чуть менее цветистым языком, но были такими же невразумительными. Я отыскал в Интернете несколько форумов, на которых другие отчаявшиеся люди пытались выяснить, как же все-таки играть в «Манчкин». В совершенной прострации я сжевал листок с «Уточнениями и исправлениями к существующим правилам» (лежал в коробке и такой!). Все было тщетно.

Что наша жизнь? Курбифюфель!

Вероятно, секрет «Манчкина» передается от одного игрока другому, подобно тому как из поколения в поколения от отца к сыну передавалась тайна изготовления булатной стали или там велосипед «Урал». А если где-то в мире и есть уникумы, освоившие «Манчкин» по прилагаемым правилам, то каждый из них играет в свою собственную версию. Потому как этот полный недомолвок манускрипт предоставляет не менее широкий простор для интерпретаций, чем центурии Нострадамуса. (Например, судя по пятой строке шестой страницы правил, в 2018 году княжество Лихтенштейн распадется на двенадцать независимых нанокарликовых государств, каждое из которых в свою очередь разделится на семь протонов и семь электронов.)

Не подействовала даже моя универсальная выручалка. Попытка сыграть в «Манчкин» на раздевание закончилась тем, что голым оказался почему-то дядя Коля с пятого этажа, который, я хочу это подчеркнуть, даже и не участвовал в игре. Я задумчиво сложил карточки обратно в коробку, а дядя Коля еще долго бегал по двору без штанов, крича про какие-то атомные лучи, посылаемые с американского спутника, и про то, что «при Пржевальском такого не было»...

Интересное
Антон Городецкий, 19.01.2016
«Клаустрофобия», 17.09.2014
Новое
Ярослав Свиридов, 02.02.2015
Ярослав Свиридов, 15.05.2014
Ярослав Свиридов, 20.02.2014
Июльский номер
Июльский номер

Стоит среднестатистическому россиянину один раз взглянуть на наши фотографии Анны Кастеровой — и он сразу вспоминает, что он ее преданный поклонник.

Рекомендуем

Закрыть
Примечание бородавочника по имени Phacochoerus Фунтик